Page 1 of 4 1234 LastLast
Results 1 to 7 of 27

Thread: Обращение армянского населения Османской империи, к католикосу всех армян Геворку IV

  1. #1
    VIP Lord VIP Ultra Club KODAK's Avatar
    Join Date
    Jan 2007
    Location
    Nederland
    Age
    37
    Posts
    2,542
    Thanks
    681
    Interesting posts: 490
    Posts signed 997 times as interesting
    Groans
    0
    groaned 0 Times in 0 Posts
    Rep Power
    16

    Обращение армянского населения Османской империи, к католикосу всех армян Геворку IV

    Перевод с армянского
    Константинополь, 1876 г.
    Уж сколько веков находимся мы в подчинении у турок, денно и нощно, всегда и постоянно в тревоге, жестоко страдаем от областных начальников, сборщиков, налогов, приказчиков и прочих насильников, вплоть до того, что они подвергают поруганию нашего пастыря церковного, позорят скромность женщин и честь девушек наших, проливают кровь наших юношей и стариков, подвергают надругательству святость храма и обрядов. О господи, в какое несчастие ввергнуты наши братья! Имущество их захватили и разграбили все, что нашли в землянках сельчан.
    Вам прекрасно известно, святейший отец, что по поводу всех этих злоключений мы много раз обращались к министрам, со слезами и вздохами моля их о милосердии, но никакого отклика не нашли; слезы наши лились, подобно реке полноводной, но впустую, и никогда никто из министров не сжалился над нами. Ныне нам, отчаявшимся, остается обратиться к Западу (прим. 1), быть может, христианские государства и народы посочувствуют армянам и ту защиту, которую намерены оказать болгарам, соизволят пожаловать и нам.
    Но для исполнения сего великого дела, .благополучное завершение коего останется бессмертным памятником в сердцах нижеподписавшихся, надлежит Вам, отец наш, набраться решимости, дабы разъяснить и показать народам христианским бедствия сынов древней Армении и попросить помощи для облегчения нашего положения.
    В противном случае, святейший отец, если не будет конца нашим бедам, если и далее продлятся горькие дни нашего рабства, если все еще будут оплакивать неве-
    [ стр. 3 ]
    сты своих молодых женихов,—да не дожить нам до этого дня!—тогда, о господи, пример болгар пред нашими глазами: проливая потоки крови, и мы сбросим иго рабства...
    [Четыре тысячи подписей]
    Матенадаран им. Маштоца, архив католикоса, п. 228, док. 23.


    2. Письмо из Вана в газету «Мшак»

    Перевод с армянского
    Ван, 19(31) декабря 1876 г.
    Выдержки
    День 1 (13) декабря 1876 года явился черной страницей в летописи Вана. Город, который славился в Армении своим великолепием, за одну ночь разделил судьбу Ани, подвергшись пожарам, грабежу и избиениям. В эту ночь словно воскресли черные дни Тамерлана, будто вышли из могил призраки вандалов в белых саванах, поджигая все вокруг.
    Было около двух часов ночи, когда армяне с изумлением увидели, что охранные войска, полицейские, солдаты и чернь, объединившись, с топорами, и факелами в руках разносят армянские лавки и дома, грабят и поджигают их. Некоторые должностные лица, находившиеся на месте происшествия, делая вид, будто они не в силах сдержать ярость погромщиков, выступали лишь в роли Зрителей, а иные даже воодушевляли их. Его преосвященство епископ Еремия и архимандрит Погос, прибежавшие на рынок, чтобы предотвратить пожар, были жестоко избиты в присутствии должностных лиц. Некоторые из солдат даже осмелились поднять на них сабли и грозились разрубить их, если они попытаются спасти от пламени пожара и грабежа лавки армян.
    Армяне, хотя и невооруженные, неподготовленные и ошеломленные происходящим, глядя в лицо смерти, пытались спасти свои дома и имущество; войска же били их штыками и прикладами. Сколько раненых и потерявших разум, сколько убитых было среди них! Некоторым армянам удалось спасти кое-что, но большинство было ограблено до последней нитки. Что будет с нами? Если армяне из России не подоспеют на помощь, нас ожидает смерть...
    Турки разграбили все наше имущество и сейчас уг-
    [ стр. 4 ]
    рожают вырезать нас всех. Наша единственная вина в том, что мы христиане, хуже того—армяне. Если другие христианские народы защищаются единоверными государствами, то армян никто не защищает.
    Мы сейчас с надеждой взираем на Россию, которая является единственной сопредельной христианской страной... Сколько раз наша патриархия посылала в Высокую Порту телеграммы, протестуя против угнетения, но они, кроме вреда, ничего не приносили. В. Порта, с одной стороны, дает нам пустые обещания, с другой же— посылает тайные приказы местным властям, не боясь ответственности усилить угнетение и притеснить нас так, чтобы и сил не оставалось для протеста.
    Хотя мы и раньше испытывали жестокий гнет и притеснения, но после восстаний в Сербии и Болгарии, а особенно в последнее время, когда есть опасность войны между Россией и Турцией, турки, подобно раненому медведю, с отчаянной яростью набрасываются на армян, причиняют нам всякое зло, говоря: «И вы одной веры с этими гяурами-русскими».
    Надеждой нашей являетесь вы, братья русские армяне. Умоляем, окажите нам помощь...
    «Мшак», 24 февраля 1877 г., № 13.

    3. Население Даралагяза католикосу Геворку IV
    Перевод с армянского.
    10 августа 1877 г.
    Выдержки из письма
    Турецкая Армения, которая пятьсот лет молчаливо терпела деспотическое иго тирана, теперь беспощадно заливается кровью ее сыновей. Турецкая жестокость в отношении подданных армян дошла до предела. Наши сердца содрогаются, когда мы представляем те ужасные преступления, которым подверглись армянские жители Вана, Баязета и других частей несчастной Армении. Наши кровные братья становятся жертвами меча варваров в Малой Азии, и пока бедная Армения остается под турецким господством, кровь армян будет проливаться...
    Мы слезно умоляем, соизвольте представить русскому императору нашу верноподданническую просьбу и
    [ стр. 5 ]
    просьбу всех армян, в России проживающих, чтобы его величество, простирая свое милосердие на многострадальных армян Турции, удостоило их тех прав, которыми должны пользоваться иные христиане Турции...
    [Следует 351 подпись]
    Матенадаран, Архив католикоса, п. 230, док. 336.


    4. Из сообщения корреспондента газеты «Таймс» Нормана

    Перевод с английского.
    Эрзрум, 24 августа 1877 г.
    Положение армян в стране, по которой прошла армия Исмаила-паши, крайне бедственное. Из 122 деревень Алашкертской равнины все, за исключением девяти, полностью разрушены. Те немногие христиане, которые не воспользовались покровительством России при отступлении Тер-Гукасова, варварски убиты, целый ряд деревень сожжен дотла. В Мушском округе некоторые деревни были разрушены, а многие жители вырезаны. Город Баязет и окрестные селения удостоились той же учаоти. В большинстве этих мест мужчины, женщины и дети были убиты самым жестоким образом...
    С. В. Norman, Armenia and the Campaign of 1877.
    London, Paris and New York, p. 269-300.


    5. Из коллективной ноты европейских держав министру иностранных дел Турции

    Перевод с французского.
    Константинополь, 7 сентября 1880 г.
    Нижеподписавшивея получили ноту, помеченную 5-м июля, посредством которой Высокая Порта ответила на пункт их сообщения 11-го июля, относительно улучшений и административных реформ, которые Оттоманская империя обязалась 61-м параграфом Берлинского трактата ввести в провинции, населенные армянами (прим. 2). Внимательное изучение этого документа доказалс им, что предложения, формулированные оттоманским
    [ стр. 6 ]
    правительством, не отвечают ни по духу, ни по существу этому параграфу. Державы знают, что оттоманское правительство послало 2 комиссии в провинции, населенные армянами, но они имеют основание думать, что эта мера не дала никаких результатов, и Порта в противность обязательству, принятому ею на себя в силу 61 §, даже не известила их об этой мере.
    Не видно также, чтобы в отправлении правосудия были введены какие-либо улучшения. Многочисленные консульские донесения, наоборот, доказывают, что настоящее положение гражданских и уголовных судов не лучше, если не хуже прежнего.
    Что же касается жандармерии и полиции, то нота и июля утверждает, что Порта пригласила нескольких офицеров представить ей проект реформ для этих двух учреждений, но державам совершенно неизвестны эти проекты, и оттоманское правительство не в состояний даже утверждать, что они были представлены ему.
    Нижеподписавшиеся не могут даже сказать, чтоб ответ Высокой Порты дал хотя некоторое удовлетворение жалобам, изложенным в их ноте 11-го июня. Они тем более считают себя вправе свести к своим истинным размерам деятельность, какую выказало оттоманское правительство в этом направлении, что Порта, судя по ее ответу, сама не дает себе ясного представления о положении и о тех обязательствах, которые налагает на нее Берлинский трактат.
    Самые выражения, в каких Высокая Порта сочла себя вправе говорить о преступлениях, совершенных в провинциях, населенных армянами, доказывают, что она не признает ту степень анархии, которая господствует в этих провинциях, и серьезность положения вещей, продолжение которых может повлечь за собою, по всей вероятности, уничтожение всего христианского населения в этих обширных дистриктах...
    61-м параграфом Берлинского трактата Порта обязана исполнить без дальнейшего замедления улучшения и реформы, требуемые местными потребностями провинций, населенных армянами. Нижеподписавшиеся, к сожалению, должны признать, что общие реформы, отмеченные нотой от 5-го июня, не указывают тех местных потребностей, о которых говорит цитируемый параграф. Державы, понятно, с удовольствием примут введение широких реформ во все части Оттоманской империи, но
    [ стр. 7 ]
    они более всего стоят за полное исполнение Берлинского трактата и не могут допустить, чтобы Порта смотрела на себя как на освобожденную от обязательств, принятых ею этою статьей, предлагая реорганизацию, в которую бы не входили реформы, специально выговоренные в пользу провинций, упоминаемых в трактате; а так как отличительная черта этих провинций — преобладание христианского элемента в наибольших дистриктах, то ни одна реформа, которая не примет этого обязательства в соображение, не может привести к благоприятным результатам...
    Оттоманское правительство заявляет, что оно «уже приняло на службу людей честных и способных, без различия вероисповедания, и что с этого времени этот факт получит еще большее развитие». Это заявление крайне неопределенно, и нижеподписавшиеся думают, что тем необходимее тверже настаивать на этом пункте, что, как армяне утверждают, в провинциях, в которых они составляют большинство, нет почти ни одного армянина на общественной должности. Их требования тем более законны, что если бы даже Высокая Порта и поставила во главе этих провинций правителей христиан, то и тогда армяне не могут питать надежды на большее равенство и справедливость в управлениях.
    Стало быть, необходимы более широкие меры, чем те, которые предлагает нота оттоманского правительства для того, чтобы признать Порту исполнившею обязательства, принятые ею в Берлине.
    Недостаточность предложенных реформ так явна, что бесполезно обсуждать недостатки проекта Порты. Тем не менее следующие замечания невольно приходят на мысль.
    Заявляя, прежде всего, что администраторами общин должны быть чиновники правительства, которые назначаются самой центральной властью из выборных членов общинного совета, а не избираются самими общинными советами, тем самым Порта признает принцип крайней централизации в административной иерархии.
    Кроме того, оттоманская нота не определяет разницы между провинциальной жандармерией и другими видами ни по способу набора, ни с других точек зрения. Общинная жандармерия отличается от всех других лишь тем, что она поставлена под управление начальника общины. Она набирается не из преобладающего по ве-
    [ стр. 8 ]
    роисповеданию элемента самой общины, и ничто не гарантирует, что она будет тем, чем должка быть на самом деле, т. е. местной охранительной силой.
    Организация провинциальной жандармерии также не отвечает местным интересам провинций, указанным 61 параграфом; способ выбора как солдат, так и офицеров из «подданных всех классов подданных империи» носит еще более неопределенный характер. Было бы желательно, чтоб и солдаты, и офицеры провинциальной жандармерии выбирались из членов общинной жандармерии, т. е. из сельских сторожей, которые в свою очередь избирались бы самими общинами. Эти сельские сторожа, на обязанности которых лежит защита деревень от набегов курдов, должны доставлять провинциальной жандармерии контингент, пропорциональный населению каждой общины. Избирательное начало, поставленное на место административного произвола, составляло бы надежную гарантию для правильного устройства сил, имеющих назначением охрану общественной безопасности.
    Достоинство предложений, касающихся учреждения суда подвижного, зависит больше всего от тех условий, при которых будет учрежден этот суд; нота же от 5 июля хранит по этому поводу глубокое молчание. Необходимо принять во внимание преобладание армянского элемента в известных провинциях и дать этому элементу соответствующее участие в организации правосудия.
    К тому же здесь возникает еще целый ряд вопросов, на разрешение которых оттоманская нота не обращает никакого внимания. Будут ли судьи несменяемы или назначаемы на известное время? По каким законам они должны судить — по законам ли Шери или законам какого-либо другого кодекса? Каким образом суд заставит признать свои приговоры полунезависимые, дикие курдские племена?..
    К сожалению, параграф, касающийся вычета известной суммы, предназначенной на удовлетворение местных интересов, каково содержание училищ, выражен крайне неясно. Можно допустить, однако, что он заключает в себе довольно важный принцип, и этот принцип, по мнению держав, состоит в следующем: налоги должны быть разделены на две категории: первая, в которую входят доходы с таможни и налогов на соль и табак, должна быть употреблена на нужды империи, другая,
    [ стр. 9 ]
    образовавшаяся из общих доходов вилайета, должна быть употреблена на административные цели провинций; часть остатка пойдет на местные потребности, а другая часть пошлется в Константинополь. Если это толкование правильно, то предложения ноты 5 июля более или менее отвечали бы 19 параграфу проекта административной реорганизации провинций Европейской Турции, представленной Высокой Портой на рассмотрение европейской комиссии Восточной Румелии. Эта мера имеет характер серьезной реформы, поскольку она устанавливает принцип, что раньше всего надо заботиться об обеспечении расходов местных посредством вычета части из доходов и с налогов, только необходимо, чтобы этот принцип опирался на гарантии, соответствующие тем, которые были приняты комиссией административных реформ.
    Кроме того, нижеподписавшиеся должны заметить, что нельзя употребить на какую-нибудь другую цель доход, назначение которого было уже определено.
    Принцип децентрализации, столь необходимый для провинций, населенных племенами, исповедующими религию, различную от той, которую исповедуют центральные власти, недостаточно хорошо поставлен в ноте Вашего Превосходительства. До тех пор невозможно рассчитывать на действительность реформ, пока не будет ясно определено положение генерал-губернаторов. Нота говорит, что власть их будет расширена, но уверения такого общего характера не могут еще разрешить задачи. До тех пор, пока пределы власти генерал-губернаторов и порядок ответственности их, при исполнении их обязанностей, не будет точно определен, до тех пор, пока не будут предоставлены этому высшему чиновнику формальные гарантии в продолжительности его службы, до тех пор невозможно высказать мнение о действительности предложенных мер. Ясно, что генерал-губернатор должен иметь известные данные о продолжительности своей службы, должен быть освобожден от постоянного вмешательства во все мельчайшие подробности своего управления, чем парализовалась до сих пор его деятельность. Излишне прибавлять, что если такая обеспеченная независимость вали желательна повсюду, то она совершенно необходима в провинциях, населенных армянами. Одним словом, державы, убежденные в недостаточности предложений оттоманского правительства, думают, что
    [ стр. 10 ]
    пора уже принять в более серьезное внимание местные нужды этих провинций, дать более широкое развитие принципам равенства и децентрализации, принять более действительные меры для организации полиции и охраны населения от набегов курдов и черкесов и определить, наконец, продолжительность и размер власти генерал-губернатора. При этих условиях, и только при этих, может быть дано полное удовлетворение правам и надеждам, созданным 61 параграфом Берлинского трактата.
    Правда, что Порта старается уменьшить значение этого параграфа, ссылаясь на цифру как армянского, так и христианского населения сравнительно с общей численностью всего народа. Таблица, представленная при ноте, до такой степени отличается от всех других, что державы не могут принять ее как за совершенно точную...
    Очень вероятно, что для удовлетворения всем местным потребностям необходимо будет произвести пересмотр настоящей географической границы разных вилайетов.
    Крайне необходимо также выполнить, не теряя времени, реформы, обеспечивающие жизнь и собственность армян, принять тотчас же меры против набегов курдов, применить немедленно новую финансовую систему, дать хоть временно жандармерии лучшую организацию, и в особенности, предоставить генерал-губернатору власть более широкую и более долговременную.
    Нижеподписавшиеся в заключение просят еще раз Высокую Порту обратить внимание на тот существенный факт, что реформы, вводимые в провинциях, населенных армянами, согласно обязательству, принятому ею международным актом, должны согласоваться с местными потребностями и производиться под наблюдением держав.
    Нижеподписавшиеся и т. д. Подписи:
    Ганфельд (Германия)
    Новиков (Россия)
    Гошен (Англия)
    Корти (Италия)
    Тиссо (Австро-Венгрия)
    Каличе (Франция)

    М. Г. Ролен-Жекмен. Армения, армяне и трактаты.—В сб.:
    Положение армян в Турции до вмешательства держав в 1895 г.
    М., 1898, с. 96—103.

  2. #2
    VIP Lord VIP Ultra Club KODAK's Avatar
    Join Date
    Jan 2007
    Location
    Nederland
    Age
    37
    Posts
    2,542
    Thanks
    681
    Interesting posts: 490
    Posts signed 997 times as interesting
    Groans
    0
    groaned 0 Times in 0 Posts
    Rep Power
    16
    Российский военный агент полковник Филиппов послу в Турции Новикову




    Константинополь,
    19 октября 1880 г.
    Донесение
    Вследствие данного мне Вашим высокопревосходительством 17-го сего октября словесного приказания узнать у армянского патриарха Нерсеса: 1) о настоящем положении дел в Армении, 2) известно ли ему, что многие молодые люди из армян, уроженцев Закавказья, тайно уходят в Турцию и 3) о целях этой эмиграции, я на другой день (18 октября) был у патриарха. Объяснения, данные им, сводились к следующему.
    С начала войны Турецкая Армения подвергалась, по словам патриарха, таким притеснениям со стороны турецких властей, что в некоторых местностях жители уже решились сопротивляться открытой силой, несмотря на безнадежность успеха, но он, патриарх, успел успокоить умы силой убеждения и обещаний. Однако после войны к систематическому преследованию правительства присоединились повсеместные в Армении грабежи...
    При всем возбуждении умов патриарх сдерживал народ в пределах умеренности и благоразумия обещанием скорого переустройства Армении. Эти обещания основывались на статьях Сан-Стефанского и Берлинского трактатов и на обещании европейских представителей в Константинополе приступить в непродолжительном времени к освобождению Армении от состояния анархии, в котором она находится теперь. Народ действительно оживился надеждой, когда узнал, что европейскими представителями уже начаты переговоры к устройству в Армении правильной администрации и даже, по соглашению европейских держав, был выработан в главных чертах и представлен Порте проект этого управления.
    В течение с лишком двух месяцев народ ожидал какого-нибудь движения армянского вопроса, уже возбужденного Европой, но увидел, что положение, принятое как европейскими государствами, так и особенно Портой, лишает надежды на скорое изменение теперешнего невыносимого положения Армении. Между тем турецкое правительство воспользовалось этим временем и приступило к введению известного Вашему высокопревосходительству проекта Аббедина-паши, проекта, единогласно признанного европейскими представителями
    [ стр. 12 ]
    неудовлетворительным. Порта начала с изменений административного деления края. В основании действий турецкого правительства лежит намерение так разделить Армению на уезды (каймакамлыки) и участки (нахии), чтобы армянское население было, по возможности, лишено большинства, т. е. местности с сплошным армянским населением, составляющие одно административное целое, раздробляются на части, которые присоединяются к соседним местностям, населенным преимущественно курдами или турками. С другой стороны, Порта приняла насильственные меры к уничтожению и той незначительной доли самостоятельности, которою народ, в силу давних прав, дарованных султанами, пользовался по внутренним и духовным делам общин. В противность этим правам Порта начала сноситься непосредственно с епископами и сменяет их, даже не предуведомив патриарха, чем подрывает авторитет последнего и еще более ослабляет единственную власть, способную до известной степени направлять движение народа в пределах законности. Таким, образом, армянский народ, по словам патриарха, не только лишается надежды на облегчение его участи путем легальным, но и видит в последних распоряжениях Порты посягательство на упрочение и в будущем нынешнего положения дел, породившего уже столько бедствий.
    По словам патриарха, положение армянского народа в Турции так безнадежно, что даже вооруженное сопротивление нельзя считать невозможным.
    К патриарху уже являлись и турецкие и закавказские армяне с разными в этом роде предположениями, но он ответил решительным отказом, предписав, вместе с тем, епископам противодействовать всяким подобным попыткам, если они будут проявляться мелкими восстаниями, возбуждаемыми энтузиастами.
    При этом, однако, патриарх заметил, что он пользуется только духовным авторитетом, без всякой исполнительной полицейской власти; поэтому может противодействовать стремлению населения лишь до известной степени, но затем его нравственное влияние окажется бессильным, когда увлечение сделается общим, т. е. когда страдание от нынешних бедствий превзойдет меру народного терпения.
    Архив внешней политики России (АВПР), С.-Петербургский
    Главный архив, д. 119, л. 4—5.
    [ стр. 13 ]


    7. Армяне Ванского вилайета императору Александру III

    Перевод с армянского.
    10 февраля 1882 г.
    Из письма
    От имени армянского христианского населения, проживающего в Ванской области Армении, в дополнение к нашему нижайшему обращению, посланному Вашему величеству 16 марта 1880 года о бедственном положений нашего народа, снова повторяем нашу мольбу. Мы осмелились обратиться к Вам вторично в силу того, что в настоящее время армянский народ находится на краю гибели, ибо положение невыносимое и отчаянное.
    Вместо того, чтобы статья 61 Берлинского договора, посвященная армянскому вопросу, положила конец невыносимым преследованиям, новые жертвы подтверждают, что если так будет продолжаться, то эта статья станет причиной нашей гибели.
    Со времени заключения Берлинского трактата до настоящего времени со стороны Высокой Порты не наблюдается какое-либо желание ввести справедливость и равенство в Армении, Напротив, в центральных правительственных учреждениях совершенно игнорируются интересы армян-христиан, насаждается фанатизм и ненависть к ним, в результате чего правительственные чиновники, разбойничьи банды и вообще все угнетатели, поощряемые еще больше, усугубляют свои преступления.
    Даже и теперь, Ваше величество, когда уже многие месяцы идут переговоры по армянскому вопросу и по проведению реформ в Армении, как Вам известно, правительство его султанского величества не желает признать своих обязательств, вытекающих из статьи 61 Берлинского трактата. Все его обещания и маневры имеют целью лишить силы эту статью, чтобы армянский народ потерял последнюю надежду.
    Вот почему, если могучее и гуманное влияние Вашего величества не спасет нас, как это имело место в Восточной Румелии, которой была предоставлена административная автономия, и что вознаградило бы наше терпение, то произойдут неописуемые бедствия, которые
    [ стр. 14 ]
    приведут к тому, что Армения могилой последних надежд измученных армян...
    Хримян,
    бывший армянский патриарх в Константинополе,
    Хорен Ованесян,
    Айрапет Ханджян.

    АВПР, Главный Архив, д. 119, л. 50.


    8. Исполняющий должность российского вице-консула в Ване послу в Константинополе Новикову

    14 марта 1882 г.
    Из донесения № 12
    Считаю долгом заявить, что действительно положение здешних армян, систематически преследуемых турками, стало невыносимее, чем когда-либо. Нужно быть здесь, на месте, чтобы судить, до каких возмутительных пределов доходит преследование турками армян. При этом наиболее высокопостановленные правительственные чиновники открыто высказывают, что здесь готовится будто бы вторая Болгария и что они, наученные опытом, сумеют задушить вредный их правительству элемент и, таким образом, раз навсегда покончить с «армянским вопросом». Подобное настроение высшей турецкой администрации, вдохновляемой, конечно, Портой, и отсутствие каких-либо признаков обещанных реформ побудило местных армян вновь обратиться с просьбой к нашему правительству. Укажу, между прочим, на следующий факт: со времени учреждения Ванского вилайета на должность вице-губернатора (муавин) назначался постоянно армянин (в последнее время некто Агатон-эфенди). Ныне последний вызван в Константинополь (полагают, что должность муавина будет упразднена) и на вновь установленную должность мутесаррифа ванского назначен Шукри-Эр, бывший мулла. Назначение это произвело тяжкое впечатление на здешних армян..
    Добавлю в заключение, что к кому бы ни обращались за помощью здешние армяне, но они ждут действительной поддержки только от России. Если между учащимися армянами и есть лица, по простительному заблуждению опирающиеся на Англию, то, с другой стороны, нельзя не признать за истину, что подавляющее большинст-
    [ стр. 15 ]
    во их всецело предано России и верит только в ее заступничество.
    Камсаракан
    АВПР, Главный архив, д. 119, п. 48—49.


    9. Комитет армянских патриотов в Европе министру иностранных дел России

    Перевод с французского
    27 октября 1885 г.
    Из письма
    Покорнейше обращаясь к Вам от имени армянских патриотов, наш Комитет (прим. 3) берет на себя смелость прибегнуть к помощи Вашего превосходительства, чтобы привлечь благосклонное внимание правительства его величества императора к судьбе миллионов мучеников, стонущих в Армении под ярмом нынешнего турецкого режима и страдающих от набегов кочевых племен.
    Полное отсутствие правосудия, отправление которого зависит от произвола любого мусульманского священника-фанатика, в глазах которого каждый христианин является неверным; злоупотребления властей, которые обращаются с народом-мучеником как с настоящим рабом, чья жизнь, имущество и честь приносятся в жертву прихотям чиновников; разбой, чинимый курдскими кочевниками (прим. 4) по приказу и в интересах провинциальных властей, — таково, Ваше превосходительство, положение вещей в Армении.
    Население Киликии, доведенное до отчаяния существующими условиями, попыталось, после неудач 1855— 1860 годов, вновь взяться за оружие, чтобы отстоять свою свободу, но киликийцы были преданы Ахмет-пашой Козанлы, и ныне они еще стонут в цепях, брошенные в тюрьмы Мараша.
    Аналогичное положение в Эрзруме, где было подавлено движение 1882 года. Ван, Муш и Диарбекир являются, без преувеличения, аренами неслыханных зверств, одна мысль о которых заставила бы содрогнуться благородные народы Европы.
    Все это привело к тому, что народ наш, Ваше превосходительство, явно обрекается на гибель: гибнут люди, уничтожаются хозяйства, проводится в жизнь план
    [ стр. 16 ]
    истребления. Со времени принятия статьи 61 Берлинского трактата турецкое правительство тайно направляет все свои усилия к истреблению армянской нации на ее родине. Те, кто имеют несчастье привлечь к себе внимание турецких властей либо своим умом, либо занимаемым социальным положением, могут избежать преследований, лишь покинув пределы страны; так тысячи отцов семейств оказываются за границей, пополняя ряды патриотов, которых мы имеем честь представлять. Вдали от семей они бродят по свету, изыскивая средства для возвращения к милым их сердцу очагам и к своим несчастным детям. Они тоскуют за границей по своим семьям, в то время как их семьи—отцы, матери, дети—гибнут от нужды и лишений на родине.
    Таковы условия жизни нашего народа, — если только можно назвать это жизнью, — которые заставили нас взять на себя смелость обратиться к правительству его величества в расчете на его благосклонное внимание.
    Предпринимая наш демарш, мы не претендуем на особое царство, не добиваемся политической независимости, а желаем просто жить в человеческих условиях.
    Мы хотим иметь возможность вернуться на свою родину, жить там и мирно обрабатывать священную землю, завещанную нам нашими предками, полившими ее своей кровью.
    Мы надеемся, Ваше превосходительство, что правительство его величества всемилостивейшего императора, которое на Берлинском конгрессе подтвердило своей подписью настоятельную необходимость проведения реформ административной системы в Армении, соблаговолит благосклонно отнестись к смиренному ходатайству армянских патриотов, с которым мы осмеливаемся обратиться к Вашему превосходительству...
    В интересах нации, Ваше превосходительство, осмеливаемся мы прибегнуть сегодня к Вашему благородному посредничеству, дабы привлечь внимание правительства его величества всемилостивейшего царя к судьбе несчастных мучеников Армении, хотя бы для того, чтобы заставить уважать подпись, которой Вы соблаговолили скрепить Берлинский трактат; мы полагаем, что положение этого несчастного народа заслуживает внимания правительства, которое Вы столь достойно представляете.
    [ стр. 17 ]
    Армянский народ рассеян по всей Турции, и Вы видите, Ваше превосходительство, что статья 61 Берлинского трактата, касающаяся всех азиатских провинций Турции, населенных армянами, ввиду трудности применить ее ко всем этим провинциям сразу, предоставляет правительству Оттоманской империи бесконечные предлоги для того, чтобы это решение оставалось на бумаге. Но Себастия, Трапезунд, Эрзрум, Ван, Диарбекир и Киликия, где армяне все еще составляют компактное большинство..., могли бы образовать союз автономных провинций под суверенитетом Блистательной Порты и под скипетром какого-нибудь европейского монарха. С помощью непродолжительной военной оккупации страны в ней можно было бы восстановить порядок и спокойствие в условиях реформированного режима, подобно тому, который существует в Восточной Румелии; так немедленно открылся бы путь к использованию естественных богатств страны, чему будет способствовать склонность к торговле и промышленности, которые отличают армянина и заставляют его стремиться к установлению связи с европейскими народами.
    Обращаясь к Вам с нашей покорнейшей просьбой, мы не сомневаемся, Ваше превосходительство, что сообщаемые нами факты Вам известны. Но помня, что мы говорим от имени лишенных родины отцов, тоскующих по своим детям, от имени сыновей, которые были вынуждены покинуть родителей и сестер не для того, чтобы избежать пыток, а чтобы, спасшись самим, обеспечить своим несчастным семьям кусок хлеба, — мы не могли дать более сжатого описания того положения, в котором находятся армяне. Они все еще стонут, продолжая жить в условиях, о коих Вам известно..., несмотря на обещания держав и правительства его величества императора всероссийского.
    В надежде на то, что в результате благожелательного посредничества Вашего превосходительства правительство его величества соблаговолит внять мольбам и спасти от несчастий и гибели столько человеческих существ, мы имеем честь выразить Вашему превосходительству чувство нашей глубокой признательности...
    Комитет армянских патриотов
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3133, л. 27—28.
    [ стр. 18 ]


    10. Из телеграмм русского генерального консула в Эрзруме Деннета послу в Константинополе Нелидову

    Эрзрум, 10 июня 1890 г.
    Положение христианского населения, а вместе с ним и наше, крайне опасное. Ежеминутно можно ожидать взрыва мусульманского фанатизма от ничтожной случайности.
    Эрзрум, 12 июня 1890 г.
    Перейдет ли эта местная вспышка фанатизма в общее движение, пока трудно судить... Раненых свыше двухсот, убитых известно пока четырнадцать человек.
    АВПР, Политархив, д. 3431, л. 10, 18


    11. Русский посол в Константинополе Нелидов министру иностранных дел Гирсу

    Буюкдере, 19(31) июля 1890 г.
    Выдержки из донесения
    Имея надежду в близком будущем лично представить Вашему высокопревосходительству устный отчет о происшедшем здесь в течение истекшей недели, я не нахожу времени для составления о том подробного письменного донесения, тем более, что главные события изложены были в моих последних телеграммах.
    Самыми выдающимися из них являются кровавые беспорядки, происходившие в воскресенье в Стамбуле, близ армяно-григорианской патриархии, в Кум-Капу...
    Среди армян господствует жестокое возбуждение, поддерживаемое беспрепятственными арестами и преследованиями всех подозреваемых в принадлежности к предполагаемому революционному комитету, устроившему манифестацию против патриарха.
    Существует ли здесь действительно подобный комитет, — узнать трудно...
    Турецкие власти безумной подозрительностью и бестактным приложением мер строгости вызывают ненависть и враждебность армянского населения, очень значительного в столице и рассеянного по всей Турции. Из этого легко могут произойти весьма опасные усложнения...
    АВПР, Политархив, д. 3431, л. 30—31.

  3. #3
    VIP Lord VIP Ultra Club KODAK's Avatar
    Join Date
    Jan 2007
    Location
    Nederland
    Age
    37
    Posts
    2,542
    Thanks
    681
    Interesting posts: 490
    Posts signed 997 times as interesting
    Groans
    0
    groaned 0 Times in 0 Posts
    Rep Power
    16
    Российский посол в Константинополе министру иностранных дел Гирсу




    Пера, 1(13) ноября 1890 г.
    Из депеши
    Волнение и неудовольствие в среде умеренной части армянского населения постепенна усиливаются и [армяне] стремятся к понуждению великих держав, и особенно России, заняться армянским вопросом и настоять на исполнении обещанных статьей 61 Берлинского трактата реформ.
    Я имел недавно по этому поводу не лишенное значения объяснение с одним из здешних благомыслящих армян, хорошо знакомых с положением армянского вопроса и с намерениями своих соотечественников. Он старался доказать мне, что арестами и приговорами турки не достигнут успокоения армянского населения. Неудовольствие слишком распространено между ними: искренне порицая анархические приемы террористических комитетов, все армяне, однако, более или менее причастны к общему движению, объявшему народ в его стремлении к улучшению своего невыносимого положения. «Мы ничего не просим у турок, — заключил он. — Нам не нужно никаких уступок или милостей, мы требуем того, что нам принадлежит по праву, признанному за нами всей Европой. И право это дала нам Россия, купившая его ценой крови своих сынов. Вы впервые вписали в Сан-Стефанский трактат имя Армении, вы не можете отказать нам в поддержке наших справедливых домогательств. Пусть Порта даст нам удовлетворение, и она увидит, что народ успокоится...».
    Нелидов
    ABПР, Политархив, д. 3431, л. 172—173.


    13. Посол Нелидов министру Гирсу

    Пера, 22 ноября 1890 г
    Из депеши
    Беспрестанные аресты армян, подозрения и преследования всей их общины создали мало-помалу для главных членов оной почти невыносимое положение. Чувствуя себя постоянно под подозрительным оком полицейской власти и не будучи уверенными в том, что и их самих
    [ стр. 20 ]
    не постигнет участь многих из их низших соплеменников, они решились наконец собраться, чтобы представить султану адрес, заявляющий о их преданности и порицающий действия безумцев, задумавших идти против законной власти.
    Подписи на адресе принадлежат высшим государственным сановникам Турции армянского происхождения. Хотя они и протестуют против безумных замыслов своих соотечественников, нельзя не видеть, однако, что в глубине своей души составители адреса далеко не искренни в уверениях своих, что «армяне живут счастливые и довольные под отеческим правительством султана и наслаждаются всеми благами». Я имел случаи говорить с некоторыми из них, и они с горечью признавались, что вынуждены были составить этот документ, чтобы отречься от солидарности с революционерами и создать себе возможные условия существования, отклонив постоянные подозрения и нарекания.
    Достигли ли они вполне своей цели, трудно сказать. Аресты и преследования армян продолжаются...
    АВПР, Политархив, д. 3431, я. 185—186.


    14. Исполняющий обязанности английского консула послу в Константинополе Клэру Форду

    Перевод с английского
    Алеппо, 20 июня 1892 г.
    Сэр, имею честь настоящим передать Вашему превосходительству копию выдержки из письма г. вице-консула Ликиардопуло, адресованного мне 12-го текущего месяца о положении дел в вилайете Адана.
    Я могу добавить, что, к несчастью, приблизительно такие же события, о которых сообщает г. Ликиардопуло, повторяются даже в провинции Алеппо, управляемой Ариф-пашой, и я склонен думать, что если не будут приняты энергичные меры, это досадное поведение турок по отношению к христианам этих мест постепенно может иметь серьезные последствия.
    А. Кэтони
    [ стр. 21 ]
    Приложение
    Вице-консул Ликиардопуло исполняющему обязанности консула Кэтони
    Перевод с французского.
    Мерам, 12 июня 1892 г.
    Выдержка
    Со времени прибытия нашего вали Хаджи Изет-бея фанатизм дошел до предела. Христиане вообще и армяне в частности страдают от этого; что ни день возбуждается какое-нибудь новое дело. Недавно он потребовал представить ему фирманы относительно школ и церквей, запрещая производить обследование без соответствующего распоряжения из Константинополя, Он закрыл почти все магазины розничных торговцев алкоголем под тем предлогом, что они находятся близ мечети или кладбища и т. д. Если мусульманин хочет отомстить христианину, для этого достаточно представить двух свидетелей, подтверждающих, что он оскорбил мусульманскую религию; за это или же за оскорбление величества этого человека тотчас бросают в тюрьму.
    Среди мусульман есть лица, которые обращаются к армянам, требуя у них денег и давая знать, что в случае отказа они отомстят; таким путем им удается вымогать у них деньги.
    Если такое положение вещей будет продолжаться, можно опасаться нарушения общественного спокойствия. Я могу уверить Вас, что армяне Аданы очень далеки от того, чтобы думать о комитетах или других политических делах.
    Correspondence relating to the Asiatic Provinces of Turkey.
    1892-93. Turkey, No. 8 (1898). London, 1896, p, 32.


    15. Английский посол в Константинополе Клэр Форд графу Розбери

    Перевод с aнглuйcкoгo.
    Константинополь, 13 марта 1893 г.
    Имею честь приложить к сему копию депеши, полученной мною только что от посла Соединенных Штатов Америки в Константинополе, в которой сообщается о весьма неудовлетворительном положении армянского населения города Кесарии в Малой Азии. У меня не было
    [ стр. 22 ]
    времени до отъезда курьера сегодня проверить достоверность сообщения, содержащегося в депеше американского посла, но я не премину сделать это завтра и переслать Вашему сиятельству результаты моих расспросов.
    Френсис Клэр Форд
    Приложение I
    Посол США Томпсон Клэру Форду
    Константинополь, 13 марта 1893 г.
    Имею честь приложить к сему для Вашего сведения сообщение о положении дел в Малой Азии — в Кесарии и Йозгате, которое я получил, как мне кажется, из достоверных источников.
    Из докладных записок, полученных мною из Марзвана от консула Соединенных Штатов Джюйетта, я все больше убеждаюсь в том, что описанное в сообщениях положение христианского населения в этой беспокойной части Турции чрезвычайно тяжелое.
    Д. П. Томпсон
    Приложение II
    Из меморандума
    Из Кесарии. — ...Три армянские церкви в городе Кесарии ограблены толпой мусульман. Нападение имело место в субботу, во время богослужения; у присутствовавших женщин отняли ожерелья и серьги.
    В некоторых случаях женщины подвергались нападению со стороны магометан на улицах города. Они теперь не осмеливаются выходить из своих домов.
    В настоящее время некоторые лица в Константинополе получили известия о смерти своих родственников, убитых мусульманами в городе Кесарии.
    Мусульмане грабят караваны купцов-христиан, так что некоторые посредники здесь получили приказ прекратить отправку товаров в этот район.
    Более пятисот армян в Кесарии находятся в тюрьме. Других все еще доставляют из деревень, и для их размещения сооружены деревянные бараки.
    [ стр. 23 ]
    Ввиду незаконных действий мусульман, продолжающихся в течение четырех—пяти недель, магазины города Кесарии заперты. Люди, существующие поденным трудом, чрезмерно страдают, а цены на продукты взвинчены до предела.
    Из Йозгата. — Тюрьмы переполнены армянами, более 60 богатых местных армян содержатся в заключении в военных бараках ввиду отсутствия мест в тюрьме.
    Одному из них, Амбарцуму-эфенди, предложили избавиться от ареста, при условии, если он заплатит 500 лир. Он отказался и был арестован как подозрительная личность...
    В этом городе нет ни одного богатого интеллигентного человека из армянской или протестантской общин, который бы не находился в тюрьме.
    В Марзване несколько руководящих лиц арестовано, но им не сказали, в чем их обвиняют, и они продолжают оставаться в тюрьме без разбора дела...
    Correspondence relating to the Asiatic Provinces of Turkey.
    1892-93. Turkey, No. 3 (l896), London, 1896, p, 67-68


    16. Главноначальствующий гражданской частью на Кавказе министру внутренних дел

    Тифлис, 20 августа 1893 г.
    Выдержка из письма
    В июле месяце настоящего года сорок пять семейств армян турецкоподданных самовольно и без надлежащих письменных видов перешли государственную границу в пределах Эриванской губернии и Карсской области и сосредоточились в последней. При опросе переселившиеся заявили, что как они, так и другие их соплеменники насильственно выдворяются из приграничной полосы турецкими властями, заселяющими освобождающиеся от них места курдами и что поэтому в близком будущем можно ожидать дальнейшего прилива в наши пределы турецкоподданных армян. Ввиду изложенных обстоятельств, переселившиеся ходатайствовали о водворении и наделении их землей в Карсской области...
    АВПР, Политархив, д. 3431, л. 307—308.

  4. #4
    VIP Lord VIP Ultra Club KODAK's Avatar
    Join Date
    Jan 2007
    Location
    Nederland
    Age
    37
    Posts
    2,542
    Thanks
    681
    Interesting posts: 490
    Posts signed 997 times as interesting
    Groans
    0
    groaned 0 Times in 0 Posts
    Rep Power
    16
    Посол Клэр Форд графу Розбери



    Перевод с английского
    Константинополь, 28 октября 1893 г.

    Имею честь препроводить Вашему сиятельству копию депеши, полученной мною от консула ее величества в Эрзруме, докладывающего об усилении эмиграции армян в Россию.
    Френсис Клэр Форд
    Приложение
    Консул Грейвс А. Никольсону
    Эрзрум, 5 октября 1893 г.
    Сэр, имею честь доложить, что среди армян пограничных районов данного вилайета развернулось постоянное и продолжающееся движение по эмиграции на русскую территорию. Больше всего оно заметно в долине Басена и в Алашкерте, откуда, как говорят, целых 400 семей — более 2000 душ ушли в Россию в течение прошлого года. И это независимо от тех частных случаев, когда люди в большом количестве уходят в Россию, номинально в поисках работы или совершения паломничества в Эчмиадзин и часто не возвращаются. Никаких препятствий эмигрантам не чинится русскими властями, которые временно размещают их по деревням, пока им предоставят свободные земли, покинутые главным образом эмигрирующими в Турцию мусульманами.
    Вряд ли можно сомневаться в том, что многие армяне эмигрировали бы также из внутренних районов, если бы не сопротивление властей и опасности, подстерегающие их на дороге к границе. Так, например, большинство жителей деревни Кара-Чобан Хнусского района стремится эмигрировать, но правительство отказало им в этом.
    Недород зерновых в 1892 г. и незначительный урожай в этом году привели крестьянство в неслыханно бедственное положение, обостряющееся в вышеупомянутых районах гнетом и вымогательством курдов, а также нерадивостью, проявленной местными властями в охране общественной безопасности.
    [ стр. 25 ]
    Я узнал, что многие эмигранты пожертвовали своей землей и домами, чтобы рассчитаться с долгами и налоговой задолженностью, и покинули страну, взяв с собой лишь некоторые вещи личного потребления, которые могли увезти с собой...
    Р. В. Грейвс
    Correspondence relating to the Asiatic Provinces of Turkey.
    1892-93. Turkey, No. 3 (1896), London. 1896, p. 213.


    18. Генеральный консул в Эрзруме послу в Константинополе Нелидову

    20 августа 1894 г.
    Из депеши № 346
    ...Сасунцы [армяне] оставили свои селения и ушли в горы, отличающиеся большей неприступностью и более скалистой местностью, чем Черногория. Турки начали стягивать к Сасуну войска. В донесении № 317 я имел честь докладывать о выступлении из Эрзрума 1-го батальона 25 полка.
    В то же время, т. е. около 4 августа, был выслан к Сасуну один батальон пехоты из Муша, один из Серта, а на прошлой неделе выступил отсюда 2-ой батальон 25 полка и посланы 2 батареи: одна горная в 6 орудий и одна полевая.
    Смею полагать, что артиллерия имеет лишь демонстративный характер, ибо топография местности вряд ли позволит ей действовать.
    В ночь на 19 августа проследовал из Эрзингяна, не останавливаясь в Эрзруме, 7-й стрелковый батальон.
    Можно предполагать, что турки намерены обложить сасунцев в их горах и голодом вынудить их к сдаче с целью частью истребить, частью выселить в более доступные для администрации местности.
    Поэтому, кроме низама, в Сасун привлечено несколько полков гамидие; хлебные поля сасунцев, по полученным здесь частным сведениям из Муша, или выжжены, или истреблены скотом.
    Деревни Шеник, Семал, Шушанлир, Алиен и Гелиегузан сожжены. Несмотря на это, сасунцы продолжают оставаться в своих горах. Говорят здесь, что один курдский род (аширет) с ними в союзе.
    Распространения такого соглашения, по-видимому, сильно опасается турецкое правительство.
    [ стр. 26 ]
    Здесь же считают не лишним упомянуть, что, по слухам, положение христиан, кроме Сасунской казы, в Хнысской казе Эрзерумского санджака и Буланыкской казе Мушского санджака минувшей весной было крайне безотрадное — люди ходили «как мертвецы», ибо турки еще осенью отобрали у армян весь хлеб, обещаясь разделить его между жителями, а роздали его одним туркам и курдам, оставив армянам только хлебные суррогаты: просо, другое мелкое семя, известное у нас под именем канареечного, и т. п.
    Такое питание вызвало у людей болезни, сопровождавшиеся смертными случаями.
    К этому положению присоединился падеж скота...
    Максимов
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3176, л, 24—25.


    19. Генеральный консул в Эрзруме послу в Константинополе Нелидову

    1 октября 1894 г.
    Из донесения № 411
    На последней неделе посетителям эрзерумских кофеен приходилось нередко слышать разговор между собой турок о том, «что бог не простит им невинно пролитой крови в Сасуне и накажет мусульман за нее».
    Так относятся ныне сами эрзерумские турки к событиям, совершенным в Сасуне в первой половине минувшего августа частью низамом, частью несколькими полками курдской конницы гампдие.
    Пока здесь еще нет вполне достоверных известий о числе армянских жертв в упомянутой местности, но разнообразные толки сводятся к тому, что большая часть христианского населения в Сасуне, несмотря на беззаветную храбрость всех, даже женщин, погибла в неравном бою...
    Битлисский вали Тахсин-паша, с намерением отклонить от себя ответственность за происшедшее движение, представил его Порте как восстание армян.
    Этим заявлением дело передавалось в ведение военной власти.
    Батальоны низама вместе с кавалерией, горной батареей и курдами сожгли, разорили и разграбили армянские деревни: Талорик (400 домов), Гелиегузан (360
    [ стр. 27 ]
    домов), Семал (85 домов), Шеник (106 домов), Алиен (165 домов), Ишханадзор (78 домов)...
    Максимов
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3176. л. 26.


    20. Русский генеральный консул в Эрзруме послу в Константинополе Нелидову

    29 октября 1894 г.
    Из донесения
    По полученным в последнее время сведениям, турки истребили в Сасуне около 4000 армян; особенной жестокостью при этом отличался полковник Измаил-бей, командовавший войском, посланным против жителей Сасуна, который велел схватить почетных жителей нескольких армянских деревень и подверг их мучительной смерти. Когда жители этих деревень, узнав об этом зверстве, ушли в горы, он велел их бомбардировать и потребовал сдачи; в ту же ночь все сдавшиеся были беспощадно истреблены. Турки свирепствовали в течение 25 дней и разрушили 30 деревень...
    В. Максимов
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3176, л. 132.


    21. Из депеши советника Российского посольства в Константинополе Жадовского в Министерство иностранных дел

    Пера, 10(22) ноября 1894 г.
    Подробности возмутительных военных мер против армян проникли в европейскую печать и подняли повсеместную бурю обличительных статей против зверских приемов турецких войск по отношению к христианскому населению Армении. Бесстыдно ложное опровержение этих нареканий, посланное на днях по телеграфу для возможной огласки всем турецким представителям за границей по личному приказанию султана, не могло произвести желаемого впечатления на общественное мнение в Европе и не остановило потока обвинений и разоблачений, заставившего Порту запретить за последние дни доступ в страну почти всех иностранных газет.
    В этих условиях трудно определить последствия, которых можно ожидать от всеобщего негодования, охва-
    [ стр. 28 ]
    тившего общественную совесть Европы, не исключая и стран, где доселе из политического расчета или корыстных видов закрывали глаза пред вопиющим варварством обхождения турецких властей с христианским населением в некоторых отдаленных областях...
    АВПР, Политархив, д. 3433, л. 50,


    22. Письмо начальника Грузино-имеретинской армянской епархии министру иностранных дел Гирсу

    С.-Петербург, 24 ноября 1894 г.
    Святейший патриарх католикос всех армян конфиденциальным собственноручным письмом, полученным мною 21-го сего ноября, поручает мне убедительно просить Ваше высокопревосходительство обратить всемилостивейшее внимание государя императора, августейшего покровителя христиан на Востоке на угнетение и систематическое истребление армян, проживающих в Турецкой Армении...
    Преданность армян России, обнаруженная во всех ее войнах с Турцией, есть одна из главных причин ненависти и преследования их Турцией.
    Не только для армян, но и для всех восточных христиан будет крайне тягостно, если в столь критическое время, когда сотни деревень разоряются, мирное население предается истреблению без различия пола и возраста, не раздастся в их защиту мощное слово русского монарха...
    Возлагая свои надежды и упования на Россию, армяне массами стремятся в ее пределы и прибегают к посредничеству своего духовного главы. Патриарх католикос, не щадя средств эчмиадзинского патриаршего престола, поддерживает несчастное население, но средства эти истощаются, наступающая зима грозит им гибелью в пределах России, между тем новые зверства турок вызывают новый прилив переселенцев, для которых, к несчастью, по отзывам администрации, в пределах Закавказского края свободной земли не оказывается.
    В таких тяжелых обстоятельствах верховный патриарх католикос, как духовный глава армян, повергает к стопам всемилостивейшего монарха усердную мольбу —
    [ стр. 29 ]
    ознаменовать начало своего царствования заступничеством за угнетенных армян в Турции...
    Епископ Геворк Суреньянц
    АВПР, Политархив, д, 3435, л. 112.


    23. Русский генеральный консул в Эрзруме советнику Посольства в Константинополе Жадовскому

    Эрзрум, 26 ноября 1894 г.
    Из донесения
    Данные, полученные мною в течение минувшей недели, не только подтверждают жестокости турок, совершенные ими в Сасуне над христианами, но, к крайнему прискорбию, представляют их в несравненно более возмутительном виде и в более грандиозных размерах.
    Так, если верить рассказам, христианское население было уничтожено самым беспощадным и варварским образом в 32 армянских деревнях...
    Трудно передать словами неистовства воинов е. в. султана. Они убивали младенцев; удовлетворив свои животные наклонности, беспощадно уничтожали девушек и женщин...
    Рассказчики заявляют, что солдаты и курды, истребив жителей и разрушив деревни, забрали громадное количество скота и множество предметов домашнего хозяйства.
    Их добыча в этом отношении была столь велика, что через неделю после погрома в г. Муше овец продавали по 5 пиастров (42 коп.) за штуку, бык был отдаваем за 20 пиастров (1 р. 58 к.), пуд свежего масла стоил 10 пиастров (84 коп.), пуд медной посуды 20 пиастров (до 1 р. 58 к.) и проч...
    В. Максимов
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3176, л. 45.


    24. Британский посол в Константинополе министру иностранных дел Англии

    Перевод с английского.
    26 ноября 1894 г.
    Из письма № 539
    Ссылаясь на телеграмму № 202 от сегодняшнего числа, имею честь препроводить Вам при сем копию донесения, которое я получил от консула ее величества в
    [ стр. 30 ]
    Эрзруме вместе с донесением вице-консула ее величества в Ване, сообщающего о дальнейших подробностях резни в Сасуне...
    Филипп Кэрри
    Приложение I
    Консул Грейвс послу Ф. Кэрри
    Эрзрум, 15 ноября 1894 г.
    Имею честь препроводить при сем Вашему превосходительству донесение, полученное мною в незапечатанном виде от вице-консула ее величества в Ване, по которому я позволю себе сделать следующие замечания.
    Время от времени из различных частных источников до меня доходили сообщения об ужасных жестокостях, совершаемых турецкими войсками и их курдскими сообщниками в Сасуне, но я не хотел верить им и воздерживался от официального сообщения о них, пока г-н Холлуорд производил расследование на месте. Теперь, когда его расследование закончено, я считаю своим долгом уведомить Ваше превосходительство о том, что вышеупомянутые сообщения, полученные из весьма надежных источников, почти во всех отношениях совпадают с основным содержанием сообщения г-на Холлуорда. Я знаю также, что мои иностранные коллеги здесь располагают информацией, подтверждающей, в основном, достоверность его сообщений, и расходящейся, главным образом, в отношении предполагаемого числа жертв резни, которое их осведомители определяют несколько меньшей цифрой, чем был склонен определить г-н Холлуорд. И эти постоянные и подробные рассказы о резне и зверствах распространились теперь в широких слоях населения и сделались предметом обсуждения по всей области, так что я беру на себя смелость сказать, что ни один здравомыслящий человек в здешних провинциях, если он не является турецким чиновником, не сомневается в том, что резня в Сасуне была действительно совершена турецкими войсками. Я также осмеливаюсь подчеркнуть совпадение, в основном, сообщений г-на Холлуорда с данными, полученными из армянских источников, изложенными в моем конфиденциальном донесении от 13-го октября. Расхождение в цифре разоренных дере-
    [ стр. 31 ]
    вень объясняется просто тем, что письмо, из которого были взяты многие мои сведения, было написано до того, как убийства прекратились и было вырезано остальное население Талворика, что, по сообщению г-на Холлуорда, имело место только 10-го сентября...
    Мне кажется, что бывший мутесарриф Муша, занимавший этот пост только несколько недель, ошибался, когда говорил г-ну Холлуорду, что население деревни Семал составляло только от 350 до 400 человек. Мутесарриф, вероятно, имел в виду большое соседнее селение Гелиегузан, действительно насчитывавшее около 1700 человек жителей, которые, как сообщают, почти все были истреблены.
    До тех пор, пока свирепствует теперешний террор, Тахсин-паша занимает пост вали в Битлисе, нет никакой надежды на то, что жители области осмелятся выступать и дать показания о происшедшем. Всякий, кто попытается произвести исчерпывающее расследование достоверности обвинений в зверствах и резне, должен иметь полную свободу и полномочия заслушивать показания очевидцев, иначе он будет изолирован и парализован действиями местных властей, как это было с г-ном Холлуордом. Но убийства и уничтожение имущества слишком заметны для того, чтобы можно было легко скрыть их следы. Разоренный и обезлюдевший район остается свидетелем значительной степени достоверности утверждений г-на Холлуорда всякий раз, когда турецкое правительство готово содействовать полному и беспристрастному расследованию.
    Р. В. Грейва
    Приложение II
    Вице-консул Холлуорд послу Ф. Кэрри
    Ван, 6 ноября 1894 г.
    Из письма
    Ссылаясь на донесение от 9-го октября, имею честь сообщить, что я оставался в Муше до 16-го октября и, пройдя через карантин, прибыл в Битлис 25-го октября.
    Сведения, полученные мною в Муше и Битлисе со дня отправления моего донесения, полностью подтвердили достоверность, в основном, главных фактов, изло-
    [ стр. 32 ]
    женных в нем относительно сасунской резни, о которой я представляю теперь более подробный отчет.
    Кажется, что внимание правительства было обращено на этот район действиями некоего Дамадяна, армянского католика из Константинополя, который в 1892 г. вел себя в деревнях Сасунского района и Мушской равнины так, что дал властям повод думать, что он ведет политическую агитацию. В течение некоторого времени предпринимались безуспешные попытки арестовать его, но в мае 1892 г. он был пойман полицией, доставлен в Битлис, а оттуда в Константинополь, где был помилован. Каковы были действительный характер и цель действий этого человека, я не могу положительно установить, так же как и то, каким путем он добился помилования, но я не верю, чтобы агитация представляла собой нечто значительное или произвела на жителей большой эффект. Ясно одно: вскоре после его поимки судьба сасунских армян была решена...
    Войска, посланные из Битлиса, имели с собой восемьдесят баков с керосином и четыре горных орудия.
    Вначале войска не показывались в деревнях, убеждая курдов напасть на деревни. Армяне, полагая, что имеют дело только с курдами, оказали энергичное сопротивление и отразили их атаки. Последние отказались возобновить атаку без помощи солдат; тогда некоторые из солдат переоделись в курдские костюмы и приняли участие в атаке, оказавшейся на сей раз более успешной.
    Затем войска стали показываться в некоторых деревнях, говоря, что пришли защитить их; разместившись на ночлег, они в течение ночи убили всех жителей — мужчин, женщин и детей. Ферик (генерал), настоящее имя которого, по-моему, Осман-паша (а не Исмаил-бей, как указано в моем предыдущем донесении), прибывший из Ерзнка, зачитал султанский фирман, предписывающий наказание деревень, и призвал солдат выполнить свой долг. Говорят, что вначале солдаты отказывались, не будучи в восторге от этого приказа, но офицеры заставляли их при помощи угроз; резня была осуществлена без всякой пощады и различия возраста или пола.
    Большое число видных граждан, во главе со священником, вышли навстречу командиру, держа в руках расписки об уплате налогов, желая этим доказать свою лояльность правительству и прося пощады.
    Они были окружены и убиты все до единого.
    [ стр. 33 ]
    В Гелиегузане многих молодых людей связали за руки и ноги, положили в ряд, набросали на них кучу хвороста и заживо сожгли.
    В другом селении были схвачены священник и несколько видных граждан. Их обещали освободить, если они скажут, куда скрылись другие. Они сказали, но все же их убили. Священнику надели на шею цепь и тянули за нее в разные стороны так, что почти задушили его. Наконец, они вертикально воткнули в землю штыки и подбросили его в воздух так, что он упал на штыки.
    В другой деревне мужчины с женами и детьми укрылись в пещере, где оставались в течение нескольких дней, пока слабые не умерли от голода; остальные же были обнаружены солдатами и заколоты штыками—оружием, которое в основном и применялось во всех этих событиях.
    Около шестидесяти молодых женщин и девушек были загнаны в церковь; солдатам было разрешено делать с ними что угодно, а после этого убить их, что и было сделано.
    Было отобрано большое количество наиболее красивых женщин, которым предложили принять ислам и выйти замуж за турок. Они отказались и были убиты. Керосин, привезенный из Битлиса, был использован для поджога домов вместе с находившимися в них жителями. Один солдат рассказывал в Битлисе, что он однажды видел, как выбегающего из пламени маленького мальчика солдат штыком отбросил снова в пламя.
    Керосин употреблялся также для сжигания трупов. Говорят, что было совершено много других омерзительных жестокостей, таких, как вспарывание животов у беременных женщин, разрывание детей на куски и так далее. Вышеизложенное служит лишь примером того, при помощи каких способов была проведена эта кампания по истреблению.
    Я должен внести изменения в заявление, содержащееся в моем предыдущем донесении, о том, что курды не принимали сколько-нибудь значительного участия в резне. По подстрекательству солдат, они, конечно, участвовали в ней, хотя худшие эксцессы были, кажется, совершены солдатами.
    Большое число крестьян укрылось на вершине возле Талворика, решив дорого продать свою жизнь. Курды, посланные атаковать их, в течение нескольких дней по-
    [ стр. 34 ]
    дряд не добились больших успехов. Наконец, когда у крестьян иссякли боеприпасы и пища, солдаты с небольшими потерями достигли вершины и убили почти всех крестьян.
    Финальная сцена разыгралась в долине Талворика, где было собрано большое число мужчин, женщин и детей; они были окружены курдами и солдатами, часть из них застрелили, а с остальными расправились при помощи сабель и штыков.
    Эти действия, продолжавшиеся около двадцати трех дней, примерно с 18-го августа по 10 сентября, были начаты битлисским и мушским гарнизонами, постепенно пополнявшимися другими частями четвертого армейского корпуса. К этому времени из Ерзнка прибыл главнокомандующий и приостановил дальнейшую резню. В противном случае, как говорили, планировалось разрушение еще четырех деревень, среди которых деревни Варденис в Мушской равнине, пользующейся плохой репутацией у властей со времени суда над Муса-беем, когда несколько крестьян поехали в Константинополь, чтобы дать против него показания...
    Вышеприведенные подробности были получены, главным образом, от солдат, принимавших участие в резне, а основные сведения подтверждены различными источниками, среди которых свидетельство турецкого заптия, присутствовавшего при этом и видевшего всю картину.
    Я не могу сказать, близка ли к действительной цифра 8000 убитых, указанная в моем предыдущем донесении. В Битлисе я слышал о гораздо большей цифре, но не может быть сомнения в том, что подавляющее большинство населения двадцати пяти селений погибло, причем некоторые из селений были необычно велики для этой области. Так, например, мутесарриф Муша говорил мне, что население Семала составляло около 1700 человек. Судя по тому, что я слышал в Битлисе, число спасшихся должно быть сравнительно невелико.
    Передают, что солдат, находившийся в карантине на обратном пути из Муша, рассказывал, что он убил пять человек, но что он убил меньше, чем кто-либо другой; другой солдат хвастался тем, что он убил сто человек. Число людей, взятых в плен, невелико, я не думаю, чтобы их было больше двадцати-тридцати человек, которых пощадили по прибытии главнокомандующего. Среди них
    [ стр. 35 ]
    было несколько агитаторов, подобных Дамадяну, но никто из них не был иностранцем, как сообщалось вначале...
    Мутесарриф Муша вскоре после моего отъезда был переведен в Керкук, в Мосульском вилайете, а мутесарриф Керкука должен занять его место. Я не знаю, каково действительное значение этой замены, но предполагаю, что она произведена вали, который, очевидно, решил, что мутесарриф настраивает меня против него, хотя на самом деле он не делал ничего подобного. Я не видел вали, так как он уехал в Сгерд за два дня до моего прибытия. В Битлисе очень переживают при мысли о Возможности его дальнейшего пребывания на этой должности, так как ответственность за сасунскую резню приписывается, главным образом, ему и опасаются, что жизнь христиан в городе не будет в безопасности, если подобные вещи останутся незамеченными. Он фактически признал свою вину, так как пытался получить документ с подписями горожан, в котором последние благодарили бы его за меры, предпринятые им в Сасуне, но они отказались подписать этот документ. Ему удалось, однако, заставить многих старост селений подписать такой документ, который и был опубликован в газетах. Уже более трех лет, как он находился в Битлисе, постоянно играя на «армянском вопросе», угрозами вымогая деньги у армян по всей провинции. Это ему не удалось в Сасуне, но ему удалось полностью отомстить за свою неудачу.
    В заключение я хочу отметить, что имел значительные трудности в получении достоверных сведений, поскольку все время находился под пристальным надзором полицейских агентов, так что большинство местных жителей боялось, чтобы их видели беседующими со мной. Мне не разрешили посетить Сасунский район на том якобы основании, что я могу занести в войска инфекцию холеры, как было заявлено местными властями, а согласно заявлению властей в Константинополе потому, что мое присутствие там могло вызвать восстание. Я не имел намерения посещать войска, и поэтому они не могли подвергаться риску получить от меня инфекцию, а после того, что произошло, опасность восстания была, по меньшей мере, чрезвычайно отдаленной. Однако основные факты, я думаю, ясны, а приведенные выше подробности получены из надежных источников.
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3135.

  5. #5
    VIP Lord VIP Ultra Club KODAK's Avatar
    Join Date
    Jan 2007
    Location
    Nederland
    Age
    37
    Posts
    2,542
    Thanks
    681
    Interesting posts: 490
    Posts signed 997 times as interesting
    Groans
    0
    groaned 0 Times in 0 Posts
    Rep Power
    16
    Три письма американских граждан о резне армян в Сасуне (прим. 5)


    16 ноября 1894 г.
    Письмо А.
    В прошлом году в Талворике армяне успешно отразили нападение соседних курдов. В стране распространилась большая тревога. В нынешнем году правительство вмешалось и послало отряды регулярных войск для того, чтобы усмирить армян. Регулярным войскам помогали курдские гамидие (Hamidiens — иррегулярные войска). Армяне подверглись нападению в горных укреплениях и в конце концов должны были сдаться вследствие недостатка пищи и боевых запасов. Около 20 деревень были уничтожены, население умерщвлено и дома сожжены.
    Несколько молодых, полных сил армян были взяты в плен, связаны, покрыты хворостом и сожжены живыми. Некоторое число армян, определяемое различно, но не менее 100 человек, сдались и просили пощады. Многие из них были застрелены на месте, а остальные зарезаны саблями и заколоты штыками. Группа женщин, определяемая различно, от 60 до 160 человек, была заперта в церкви и среди них «были пущены» солдаты. Многие из этих женщин были замучены до смерти, а остальные убиты саблями и штыками. Несколько молодых женщин были захвачены в качестве военной добычи. О них передаются два рассказа: 1) что они отведены в гаремы мусульман, которые похитили их, 2) что им предложили принять ислам и поступить в гаремы, и, когда они отказались, их убили. Детей ставили в ряд один за другим и стреляли в один из концов ряда, очевидно, чтобы узнать, сколько человек можно убить одной пулей. Малолетние и грудные дети клались один на другого и головы их отрубались. Солдаты окружали дома, зажигали их и штыками заставляли людей возвращаться в пламя, когда они пытались выбежать из него.
    Но довольно об этой резне. Счет человеческих жертв от 3000 до 8000. Это — скромные цифры. Смелые подсчеты определяют число убитых в 20000—25000. Все это произошло в последних числах августа и в начале сентября... Нужно заметить, что избиение совершалось регулярными солдатами, находившимися большею частью под командой офицеров высокого ранга. Это придает делу в высшей степени серьезное значение.
    [ стр. 37 ]
    Христианин не пользуется уважением, которое оказывают уличным собакам. Если эта резня пройдет незамеченной, это будет просто объявлением смертного приговора христианам. Жизнь, собственность и честь христианина не будут ограждены. Неделю тому назад, в прошедший вторник, вечером, на закате солнца, турок похитил жену богатого армянского купца, в городе Хнус Берт (Khanoos Pert), На следующее утро люди, искавшие ее, услышали крики и освободили ее из турецкого дома. О каком-либо наказании виновного не может быть речи.
    Ужасные слухи распространялись уже давно, но сообщения, заслуживающие доверия, приходили медленно. Все было сделано, чтобы подавить толки. Некоторые второстепенные подробности рассказа, переданного мною, может быть, неточны, но вполне уверен в достоверности этого рассказа в главных пунктах. Во всяком случае нельзя отвергать того, что произведено было жестокое, варварское и колоссальное избиение христиан регулярными солдатами с помощью курдских гамидие и под начальством высших и ответственных офицеров.
    Что теперь сделает христианский мир?
    Ноябрь 1894 г.
    Письмо B.
    ...В конце мая 1893 г. агитатор не из местных жителей, Дамадян, был арестован около Муша. Правительство подозревало, что в талворикских деревнях находили приют такие агитаторы, и отдало приказ некоторым курдским вождям напасть на этот округ; при этом оно приняло на себя ответственность за все убийства, которые совершат курды, и обещало последним всю добычу.
    Вскоре после того, как Дамадян был доставлен в Битлис, в первую неделю июня месяца бакранлийские курды начали собираться за Талвориком. Поселяне, видя, что курды прибывают с каждым днем и достигают уже нескольких тысяч человек, заподозрили их намерения и стали готовиться. На восьмой день завязалась битва. Более сильное положение поселян дало им возможность причинить значительный ущерб неприятелю с небольшими потерями с своей стороны. Результат борьбы к заходу солнца выразился в том, что курды потеряли, около 100 человек убитыми, а из поселян было убито толь-
    [ стр. 38 ]
    ко 6, в том числе одна женщина, пытавшаяся спасти от курдов мула. Поселянам удалось уничтожить мост через глубокую часть реки, прежде чем отряд курдов с противоположной стороны успел атаковать их. Таким образом курды чувствовали себя побежденными и не могли произвести другого нападения в это лето.
    При таких обстоятельствах генерал-губернатор выступил в Муш с войсками и двумя полевыми орудиями и вступил в округ вблизи Талворика, но считал ли он свои силы недостаточными или получил приказание не нарушать спокойствия, только он не произвел нападения и ограничился тем, что держал осаду. Прежде чем удалиться, он, отдав заложников, устроил свидание с наиболее влиятельными людьми в Талворике и спросил их, почему они не подчиняются правительству и не платят податей. Они отвечали, что не восстают против правительства, но не могут платить подати два раза, курдам и правительству. Если бы правительство защитило их, они платили бы ему подати. Из переговоров ничего не последовало и осада продолжалась до тех пор, пока выпал снег. Во время зимы, когда в вилайете широко практиковалось мародерство, некоторые богатые жители Талворика получили приглашение посетить генерал-губернатора, но они не сочли удобным принять это приглашение.
    Ранней весной курдам нескольких племен было отдано приказание произвести нападение на деревни Сасуна, между тем войска были отправлены из Муша и Битлиса; они захватили при этом военные запасы и провиант и десять мулов, нагруженных керосином (80 жбанов). Весь округ был осажден курдами и войсками. Деревни, подвергшиеся таким образом осаде, от времени до времени производили вылазки, чтобы добывать себе пищу...
    Между тем жители других селений начали понимать, что цель властей заключалась в истреблении армян, и в отчаянии решили продать свою жизнь по возможности дорогой цене. Тогда началась резня, длившаяся около 23 дней, или, в общем, с середины августа до середины сентября. Ферик-паша (маршал Зекки-паша), поспешно прибывший из Эрзинкиана, прочитал фирман султана об истреблении и затем, держа указ на своей груди, увещевал солдат не уклоняться от исполнения своего долга. В последний день августа, т. е. в годовщину восшествия султана на престол, солдат особенно увеще-
    [ стр. 39 ]
    вали отличиться, и они произвели в этот день самую зверскую резню.
    Во время разгрома не делалось никакого различия между лицами и селениями, все равно держались ли они спокойно и заплатили ли подати или нет. Было приказано произвести полную чистку. В одном селении священник со старейшинами явились к офицеру, предъявляя ему квитанцию в уплате податей и заявляя о своих верноподданнических чувствах и прося пощады; но селение было окружено и жители переколоты штыками...
    В Галогюзане много молодых людей были связаны по рукам и ногам, положены в ряд, покрыты хворостом и сожжены живыми. Другие были схвачены и изрублены на куски. В другом селении были схвачены священник и несколько старейшин; им обещали свободу, если они укажут, где укрылись остальные жители; когда же пленные отказались выдавать своих односельчан, всех их, кроме священника, убили. Вокруг шеи священника была надета цепь, которую тянули с противоположных сторон, он несколько раз почти был удушен, но его приводили к жизни; затем поставлено было остриями вверх несколько штыков, на которые подбросили несчастного. Жители одного селения, обратившись в бегство, собрали женщин и детей, числом около 500 человек, и поместили их в пещере в одном ущелье. Через несколько дней солдаты нашли их и убили тех, которые не успели еще погибнуть от голода.
    В другом селении выбрано было 60 молодых женщин и девушек, их заперли в церковь и затем солдатам было разрешено поступить с ними по своему желанию, после чего заключенные были убиты.
    В третьем селении 50 избранных женщин были пощажены; их увещевали переменить веру и сделаться госпожами в турецких гаремах, но они с негодованием отказались отречься от Христа, предпочитая подвергнуться участи своих отцов и мужей.
    Народ собирали в дома и затем поджигали последние. Во время одного такого пожара из пламени выскочил маленький мальчик, его посадили на штык и бросили в огонь.
    Нередко детей поднимали за волосы и разрезали пополам или разрывали им челюсти. Беременным женщинам вскрывали животы; старших детей оттаскивали за ноги. Красивая, недавно обвенчанная пара убежала на
    [ стр. 40 ]
    вершину холма; солдаты настигли молодых людей и сказали, что пощадят их из-за красоты, если они примут ислам, но мысль об ужасной смерти, которая, как известно было беглецам, должна была постигнуть их, не помешала им исповедать Христа.
    Последнее столкновение произошло на горе Андок (на юге от Муша), где несколько тысяч человек искали убежища. Курды посылались отрядами для нападения на беглецов, но в течение 10—15 дней не могли добраться до них. Солдаты также направляли против армян свои горные орудия и наносили ими некоторый урон. Наконец, когда осажденные пробыли несколько дней без пищи и их военные запасы истощились, войскам удалось достигнуть вершины без всякого урона для себя, и едва ли кто-нибудь из беглецов спасся.
    Тогда все внимание было обращено на тех, которые были загнаны в Талворикский округ. Три или четыре тысячи осажденных были оставлены в этой маленькой долине. Когда они увидели себя плотно окруженными со всех сторон турками и курдами, они подняли руки к небу, моля умирающим голосом о спасении. Часть их перебили ружейными выстрелами, а остальные были уничтожены саблями и штыками, так что в конце концов от груды убитых потекла настоящая река крови...
    Если бы даже кто-нибудь получил возможность посетить округ, он мог бы определить только приблизительно число жертв, потому что многие трупы были свалены в рвы и засыпаны землей, и теперь дождь уже смыл следы их могил. Там, где таких рвов не существовало, тела убитых, переложенные дровами, складывались в кучи, обливались керосином и сжигались. Но, по-видимому, несомненно, что селения всего округа уничтожены...
    Солдат, находившийся в карантине, сказал, что он убил 5 человек, и что он убил, между тем, меньше, чем кто-либо другой. Другой сообщил, что он убил 100 человек. Какой-то солдат поссорился на днях с армянином на битлисском рынке и кричал, что они убили тысячи и тысячи и скоро доберутся до армян, живущих в городе.
    По-видимому, можно без опасений сказать, что 40 деревень совершенно разрушены, и представляется вероятным, что убито по меньшей мере 16000 человек. Самая низкая цифра— 10000, но многие считают гораздо больше.
    В довершение всего генерал-губернатер, посредст-
    [ стр. 41 ]
    вом арестов и застращивания всякого рода, заставил наиболее видных людей во всей провинции (за исключением одного города Битлиса) подписать благодарственный адрес султану за то, что губернатор водворил порядок в вилайете!
    12 января 1895 г.
    Письмо В.
    Население находится в состоянии ужаса под впечатлением разгрома. Уже несколько времени назад начали ожидать комиссию, и местные власти, без сомнения, употребили все силы, чтобы прикрыть свои грехи и еще более терроризовать тех, которые, по всей вероятности, должны были выступить свидетелями. Те, которых увещевают давать показания, снова будут во власти турок после того, как разойдется комиссия. Я не питаю ни малейшего сомнения, что у некоторых хватит мужества давать показания, но это будет источником несчастий. Почти все условия против полного успеха дела комиссии или, скорее, благоприятного исхода работы европейских делегатов. Было бы неправильно связывать судьбу Армении с результатами, к которым приведет комиссия.
    Следует особенно иметь в виду, что Сасун [сасунская резня] составляет продукт определенной системы управления. В течение последнего десятилетия, как вам известно, были сотни Сасунов во всей стране. Снисходительность Европы создала благоприятные условия для того, чтобы эта система беспощадно функционировала во всей своей силе. Она возникла из религиозной и расовой ненависти и направлена к истреблению христиан и уничтожению христианства.
    Причина нынешнего положения страны кроется не в курдских разбойниках или в голоде и в холере. Скорее разбой, голод и бедствия, худшие, чем холера, навлекаются на страну действием этой системы. Не только кровь 5 тысяч мужчин, женщин, детей и грудных малюток взывает к небу с страшным воплем, требуя справедливого мщения, но также ужасающие страдания, покинутые очаги, дикая жадность сборщиков податей и мелких чиновников и поруганная честь многих и многих взывают о том же.
    Турки на скамье подсудимых. Пусть не один Сасун принимается во внимание, помните, что тот же вопль раздается по всей стране...
    [ стр. 42 ]
    Я беседовал с очевидцем некоторых эпизодов сасунского разгрома. Он посетил три селения. Все они были в развалинах, и изуродованные трупы свидетельствовали об ужасных событиях. Четыре или пять дней он провел в одном селении. Каждый день группы разбежавшихся жителей приходили и предавали себя в руки командующего офицера. Приблизительно через два часа после захода солнца пленников, собравшихся таким образом в течение дня, выводили в соседнюю долину, и воздух оглашался их раздирающими криками. Рассказчик никогда не видел их возвращения. Он считает, что во время пребывания его в этом селении погибло таким образом 500 человек.
    В стан было приведено от 200 до 300 женщин и детей. Они также исчезли, но он не знает как. Рассказчик — армянин, занимавшийся перевозкой войск. Его послали в Муш, и он вместе со своим товарищем — единственные очевидцы, с которыми нам пришлось говорить.
    Другой беглец из одного селения, расположенного на границе, рассказывает, как его мать, после ужасных страданий, бежала в монастырь, в котором этот молодой человек был слугою. Она сообщила о беспощадном избиении всех остальных членов семьи и разрушении селения. Ей удалось вместе с маленьким ребенком добраться до монастыря, где она умерла через несколько дней от ран...
    Положение армян в Турции до вмешательства держав в 1895 году.
    М., 1896, с. 233—240, 246—247.


    26. Русский генеральный консул в Эрзруме послу в Константинополе Нелидову

    25 февраля 1895 г.
    Депеша № 89
    Имею честь представить при сем Вашему высокопревосходительству на благоусмотрение рассказы о сасунских событиях Акопа Тер-Аракеляна, принадлежащего к одной из наиболее зажиточных семей деревни Шеник; Киракоса, сына Погоса, жителя деревни Хартка, Талворикского округа; Казара Тер-Аракеляна, брата упомянутого Акопа, жителя Семала, и Мевлюда, чавуша (фельдфебеля) 25-го пехотного полка.
    Имея в виду секретную телеграмму Вашего высокопревосходительства от 29-го минувшего декабря № 420,
    [ стр. 43 ]
    которой Вам было благоугодно разрешить делегатам «принимать к сведению то, что они узнают, помимо следствия, и сообщить о том в своих частных донесениях», я считал, в свою очередь, долгом также собирать в Эрзеруме материал, который мог бы служить к характеристике действий турецких властей для водворения в Сасуне порядка.
    С этой мыслью были приглашены мною Акоп Тер-Аракелян из Шеника и Киракос, сын Погоса, из Талворика; двое бедных, пришедших в генеральное консульство за пособием, рассказывают, что им известно о бывших в Сасуне событиях:
    Полагаю нелишним доложить Вам, что оставшиеся в живых сасунцы, страдая от страшной нищеты, приходят иногда в Эрзерум за милостынями.
    Два других рассказа: Казара Тер-Аракеляна и чавуша Мевлюда получены мной на французском языке от французского консула в Эрзеруме.
    Долг совести заставляет, однако, меня прибавить, что рассказ Казара записан, кажется, английским консулом Гревсом, а рассказ чавуша Мевлюда — проживающим здесь английским корреспондентом Скюдамором. Он известен и итальянскому консулу Монако.
    Сообщая их, как материал для суждения о действиях турецкой власти в Сасуне, я не могу не остановить просвещенного внимания Вашего высокопревосходительства на том обстоятельстве, что в моих донесениях, которые я имел честь своевременно посылать о сасунских событиях, далеко не было исчерпываемо всей турецкой жестокости, так как мне трудно было верить известиям, какие я получал, и я представлял их в рапортах как преувеличение.
    Максимов
    Приложение I
    Перевод с французского*
    Из рассказа Акопа и Киракоса
    1. Акоп, которому на вид года 24 от роду, рассказал, что у него в доме до сасунских событий жили 23 чело-
    __________________________
    * Перевод сделан в МИД России в 1895 г. (Ред.).
    __________________________
    [ стр. 44 ]
    века. Теперь в живых осталось девять душ. Из пяти братьев живы двое. Отец, мать и трое братьев убиты. Три замужние сестры неизвестно где...
    Молодые и здоровые спаслись бегством, а старики, старухи и многие из детей остались на месте. Деревня была сожжена, оставшиеся в ней убиты. Бежавшие укрылись на горе Андок, что в 4-х часах пути от деревни. Хлеба у них не было, и они ели в течение 25-ти дней сырое мясо. Перестрелка с войском все время продолжалась. На 26-й день пришло из турецкого лагеря предложение сдаться. Не имея ничего для своего прокормления, они пришли в лагерь близ Гелиегузана и увидели ямы. Под утро солдаты начали их бить штыками и бросать в ямы. Акоп бежал и был ранен штыком в плечо, он упал лицом на камни и вышиб себе два передних зуба. Преследовавший его солдат счел его за убитого и оставил на месте, а он, очнувшись, перебрался в болотце, покрытое тростником, а оттуда в лес, где и оставался некоторое время.
    Акоп видел, как священнику Оганесу из Семала, сошедшему вместе [с ними] с горы Андок, выкололи глаза, а потом убили штыками.
    2. Рассказ Киракоса, сына Погоса, 22 лет, жителя Талворикского округа. Киракос из селения Хартка. В доме, где он жил, семья была из 28-ми душ. Было у него 4 брата, 4 сестры и двое дядей, тоже женатых, имевших детей. Отец умер раньше сасунского дела, а мать была жива. Сам он женат, и где теперь жена, не знает.
    Во время событий он был в селе Талворик. Когда войска с несколькими орудиями начали подходить, Киракос вместе с другими бежал. Пока шла расправа в деревне, он скрывался недалеко за скалой и видел, как были приведены в церковь до 600 женщин. 50 из них, более красивых, были выведены, а все остальные оставлены на произвол войска и курдов. Они были изнасилованы и потом перебиты. Самый храм был разрушен выстрелами из орудий, и тела остались под его развалинами. Киракос одно время скрывался в скалистой пещере Фрфркара. Он знает, что солдаты убивали всех, кого видели и кого ловили.
    [ стр. 45 ]
    Приложение II
    Перевод с французского*
    Из опроса Казара из Семала, сына Тер-Аракеляна
    От роду около 30 лет. Женат. Его жена с двумя сыновьями и двумя дочерьми еще живы, — маленькая девочка по имени Мариам была убита во время избиений.
    С ним жил его дядя Овсеп с женой и дочерью Маргаритой и его двоюродный брат Доно вместе с сыном, двухлетним ребенком Аветисом. Все они были убиты.
    К началу жатвы пришли солдаты и расположились лагерем в Мергемузане в получасовом расстоянии от Семала. Сасунские курды из друзей крестьян пришли сказать им остерегаться солдат, которые пришли с дурными намерениями, и советовали им бежать. Этого совета они сначала не послушали. В течение предшествовавших началу беспорядков десяти дней все подходили новые войска.
    Однажды, когда косили хлеб, курды племени Бакиранли пришли для угона овец, причем убили пастуха. Дружественные поселянам курды рассказывали последним [армянам], что бакиранлийцы сделали это по подстрекательству войск или властей. Пастухи погнались за ними и после стычки, в которой оказались убитые с обеих сторон, они в тот же день отняли овец...
    На следующий день деревня была окружена людьми, одетыми курдами, которые стали стрелять по деревне; тогда жители прибегли для защиты к оружию и дрались в течение 3-х дней.
    Несколько крестьян было убито... Дружественные курды говорили им, что в числе мнимых курдов находились солдаты, переодетые курдами и потому они решили спасаться бегством, не смея драться против властей. Они вышли из деревни и отступили на Гелиегузан. В деревне были оставлены не имевшие возможности бежать старики и старухи с детьми. По их уходу неприятель вошел в деревню, которую он разграбил и предал пожару. Те же, которые в ней оставались, были сожжены в своих домах. На следующий день после их ухода Шеник также был сожжен, и его жители пришли в Гелие-
    __________________________
    * Перевод сделан в МИД России в 1895 г. (Ред.).
    __________________________
    [ стр. 46 ]
    гузан, в котором вместе с его предместием Алианциком считается 300 домов. Они были тогда атакованы императорскими войсками вместе с курдами. Они защищались пять дней и под конец, во время ночного нападения, деревня была подожжена, и они были вынуждены ее оставить, преследуемые войсками, которые перебили множество их во время бегства. Он сам видел много детей, которых убили штыками, и среди них Симо, Погоса и Хачо — детей его соседей и друзей. Он видел своего двоюродного брата Доно, бежавшего, держа на плечах своего двухлетнего ребенка Аветиса. Доно упал, пораженный пулей в ногу, — солдаты его настигли, и один из них хотел ударить ребенка кинжалом (кама), но отец отстранил удар рукой, которая была почти перерублена, другой солдат воткнул свой штык в тело ребенка, которого он унес на штыке, между тем как еще двое доконали Доно штыками.
    Оставшиеся в живых пришли на Андокдаг в двух часах от Гелиегузана. Гора была оцеплена войсками. Там они оставались около 20 дней без хлеба, питаясь мясом овец, которых они угнали с собой. Они защитались как могли, стреляя и бросая камни на осаждавших, — но он не видел, чтобы убили какого-нибудь солдата. Он полагает, что было около тысячи душ жителей в Гелиегузане и от 600 до 700 душ в каждой из деревень: Шенике и Семале (всего 2400 душ). Наконец, они вступили в переговоры, желая сдаться. Им обещал оставить жизнь, если они спустятся в свои деревни. Священник Семала Тер-Оганес с 500 людьми принял условия, но Крко, рес Шеника, принявший главное начальствование над ними, отказался сдаться, заявляя, что турки своего слова не сдержат.
    Сам он (свидетель) начал спускаться с Тер-Оганесом, но потом, раздумав, [они] вернулись назад.
    Они спрятались в дубовом лесу и наконец ползком по отвесным скалам многим из них удалось уйти по направлению к Пасуру, главному пункту Кульпской казы. Он со своими скрывался около двадцати дней, до тех пор, пока не было получено известие о том, что Муширпаша прекратил избиение.
    Тогда пасурский каймакам вышел и собрал в лесах и горах многих из беглецов, которых он привел обратно в их сасунские деревни...
    Свидетель пробрался впоследствии в Хнус (в дерев-
    [ стр. 47 ]
    ню Кахкик), где оставил жену и детей. Он был человек зажиточный для крестьянина, а теперь у него ничего нет. Он пришел в Эрзерум просить милостыню, чтобы не быть вместе со своими обузой для крестьян, которые их приютили.
    Приложение III
    Перевод с французского*
    Из рассказа Мевлюда-аги
    Бывший фельдфебель 25-го пехотного полка, отпущенный недавно после 4-летней службы. От роду приблизительно лет двадцати шести.
    Он находился в Муше незадолго до происшествий и состоял при аптеке военного госпиталя. Но когда войска пошли на Сасун, он сопровождал свой полк как строевой унтер-офицер.
    Его батальон вместе с другими находился под командованием полковника Исмаил-бея (всего приблизительно 4000 человек, рассеянных в разных местах).
    Они пришли к 1-му привалу в нахие Шатаха ночью. Другие войска уже стояли лагерем. Вдали слышалась перестрелка. Они там оставались около трех или четырех дней. Стрельба была слышна почти все время...
    На пятый день после ужина его батальон пошел на Шеник, в небольшом расстоянии от лагеря; там дрались, и дома уже горели. Недолго спустя, крестьяне обратились в бегство, большая часть многочисленной толпой, и стрельба их почти прекратилась. Войска стреляли по ним из двух мортир и двух горных орудий, но не преследовали их за Гелиегузан. По дороге они видели немало трупов, несколько раненых и несколько маленьких детей, которых они убили. Когда они пришли к Гелиегузану, деревня была уже оцеплена, и в ней дрались. Они оставались вне деревни в течение двух или трех дней. В продолжение этих дней он снова слышал, что армяне приходили в лагерь, чтобы дать денег офицерам. Он не знает, вернулись ли эти армяне в Гелиегузан, или же им было позволено спастись бегством. Затем в од-
    __________________________
    * Перевод сделан в МИД России в 1895 г. (Ред.).
    __________________________
    [ стр. 48 ]
    ну ночь войска получили приказание атаковать деревню. Снова придвинули орудия к горе, и под защитой этой батареи подожгли первые дома деревни.
    На следующий или на третий день часть его полка получила приказание двинуться в поход. С ними находились части и других батальонов, и они взяли с собой несколько горных орудий; дорога была очень плохая, настолько плохая, что мулы не могли подвигать орудий, и солдаты вынуждены были всходить на скалы и руками перетаскивать пушки через них. Было несколько трудных перевалов, они потратили много времени, чтобы достичь Талворика, где они оставались несколько дней для отдыха...
    Утром они бомбардировали дома и взяли деревню. Поблизости находился лес, где укрылось большое множество крестьян: мужчин, женщин и детей. Лес был с одной стороны окружен курдами, с другой стояли солдаты. Потом придвинули имевшиеся шесть орудий к горе и пустили по 13 снарядов из каждого орудия по лесу. Под конец весь лес был в огне. Конечно, немалому числу скрывавшихся в лесу удалось спастись бегством, но большая часть была убита снарядами и сгорела живьем.
    В одной из деревень Талворика находилась большая ферма, где заперлось много женщин и детей и несколько стариков. Туда также придвинули орудия и выстрелили из батареи. Никто из тех, которые там находились, не мог спастись.
    Две девушки, находившиеся в лесу, были схвачены: одна подполковником, другая — майором. Их привели вместе с войсками в Гелиегузан, где они пропали. Он не знает, были ли эти девушки убиты в Гелиегузане.
    После этого большая часть войска собралась в Гелиегузане, где она оставалась несколько недель. Через день или два по их возвращении первая толпа армян, бежавших на гору Андок, стала возвращаться. Они послали сначала сказать, что желают сдаться и испрашивают покровительство императорских войск. Первая толпа была численностью от 140 до 500 человек — мужчин, женщин и детей...
    На следующий день пришли новые пленные. Двойной кордон солдат занял вход в долину, впуская в нее всех желавших войти, но никого не выпуская. В продолжение второго дня один отряд войск вырыл две ямы
    [ стр. 49 ]
    у подножья крутого ската, представляющего край узкого оврага в глубине долины. На дне оврага был ручей, а по сторонам находились пещеры, где крестьяне имели обыкновение сохранять сено...
    Когда совершенно стемнело и наступила ночь офицеры пришли и скомандовали: «Отделенные люди 1-й роты сюда» и т. д. Они потом шли до края долины, где на крутизне находили группы крестьян — мужчин, женщин и детей, иногда 20, иногда 50, иногда 70 и даже более. Тогда офицер выделял из них группы от 10 до 20 человек и отдавал приказание: «Убейте их и бросьте в яму». Тогда отделенные солдаты убивали крестьян штыками, бросая трупы в ямы внизу уступа. Так делалось каждую ночь в течение довольно продолжительного времени (может быть 15 дней); иногда убивали до 300 или 400 человек в одну ночь, иногда относительно малое число людей.
    Чавушу было замечено, что таким образом ямы должны были быстро наполняться. Он ответил, что когда это случалось, рабочий отряд получал распоряжение освободить ямы, и трупы бросались в овраг или сенные склады, чтобы уступить место в ямах другим. Его спросили: «Были ли армяне вооружены?». Он ответил, что ни один из них даже ножа за поясом не имел. На вопрос: «Сопротивлялись ли они?», он ответил, что они были до конца в полном неведении о той участи, которая их ожидала, пока не давалось последнее распоряжение и пока они не оказывались против штыков. Его спросили: «Было ли много между ними детей?». Он ответил, что их было много и что благодарит бога, что ему не пришлось их убивать. Его спросили: «Чем кончилось?». Он ответил: «Наконец Мушир прибыл в Муш и приказал прекратить избиение, после чего очень мало крестьян было убито». Но он несколько раз утверждал, что были еще единичные случаи убийств. На вопрос: «Было ли много потерь со стороны войск во время операции» он ответил, что сначала и до конца он никогда не слыхал, чтобы солдаты были ранены или убиты... Его спросили, находился ли он в других походах (войнах). Он ответил, что нет и что молит бога «никогда таких походов не видать».
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3176, л. 70—77, 79—82.
    [ стр. 50 ]


    27. Генеральный консул послу Нелидову

    Эрзрум, 4 марта 1895 г.
    Имею честь представить при сем Вашему высокопревосходительству на благоусмотрение два рассказа о са сунских событиях жителя деревни Шеник Хечо и его родственницы Анны.
    Оба они сообщены мне на французском языке французским консулом Бержероном, но были записаны английским консулом Гревсом.
    Считаю нелишним к сему прибавить, что чавуш Мевлюд, рассказ которого я сообщил при донесении от 25-го минувшего февраля № 89, был арестован военной властью и отправлен в Эрзинджан, как это нам стало здесь известно 26-го февраля. /
    Мои товарищи предполагают, что чавуш Мевлюд поплатился жизнью за сообщение иностранцам о сасунских происшествиях.
    Во всяком случае его арест не может не заставить предполагать правдивость его рассказа.
    В. Максимов
    Приложение
    Перевод с французского
    1. Из рассказа Хечо из Шеника
    Около 35 лет от роду. Брат Крко—рес (старшина) Шеника, Его жену звали Майре, и у них было 6 детей: 4 сына и 2 дочери, старшей из которых могло быть 12 лет. Трое из его детей сгорели при взятии Шеника. Один ребенок был убит во время штурма Гелиегузана. Его жена и двое остальных детей пропали со времени бегства на гору Андок. В доме Крко было 50 человек, из которых только 10, насколько он знает, еще живы.
    Он подтверждает показания Казара, что до беспорядков дружественные поселянам курды предупредили их, что власти имеют намерение их перебить. Он объясняет, что угон овец из Семала и Шеника был произведен по подстрекательству войск...
    Хечо равным образом подтверждает рассказ о защи-
    [ стр. 51 ]
    те Гелиегузана, вокруг которого войска были расположены лагерем на высотах. Во время бегства из Гелиегузана он видел, как солдаты убили штыками Доно вместе с его сыном Аветисом, как то описал Казар, но с небольшой разницей в подробностях. В это время он находился гораздо дальше, чем Казар, который посему мог видеть лучше его. Он также видел, как двухлетнего ребенка Ниго из Шеника, которого мать уронила во время бегства, один солдат проткнул штыком. Когда священник Оганес с группой приблизительно в 500 человек сдался, сойдя с Аняокдага, другие защищались еще сутки, но потом разбежались в разные стороны. Он заявляет, что в то время одна молодая женщина по имени Шаке, жена Мардо, одного из родственников Крко, увела около 30 женщин на высокое и крутое место. Они решили лишить себя жизни, чтобы избежать изнасилования солдатами. Но последние их поймали, изнасиловали и убили. Хечо сам бежал по очень трудной дороге («по которой ходят только медведи», прибавил он). Он сначала отправился в селение Хазнут, в окрестностях Талворика. В это время войска оцепляли деревню Талворик, которую они бомбардировали на следующее утро. Оттуда он бежал в курдскую деревню, где выдал себя за курда [из племени] Бакиранли и где он получил пищу и кров. Там он слышал от курдов, что был получен фирман уничтожить армян, и солдаты пригласили их принять в этом участие, но что они отказались, из-за чего некоторые из них были заключены в тюрьму. Побродив некоторое время в других местах, он вернулся в Шеник, а оттуда отправился в Гелиегузан искать своих мертвецов. Открыли яму, наполненную трупами, но запах был так силен, что они были вынуждены снова закрыть ее. Там он видел труп Тер-Оганеса с веревкой вокруг шеи, с обстриженной бородой, вырванными глазами, обрезанными ушами, губами и носом и с содранной на голове кожей, отогнутой по обеим сторонам на лице. (Это происходило приблизительно через 20 дней после смерти священника).
    Власти старались принудить его и других вновь выстроить свои дома и подписать мазбату, в которой выражалась благодарность султану за все его милости и заявлялось, что они очень довольны своею судьбою. Но все отказались подписать.
    Он в настоящее время проживает в селении Гаве-
    [ стр. 52 ]
    ндик близ Хнуса и заявляет о своей готовности дать показание перед комиссией, если его потребуют.
    2. Рассказ Анны, дочери Погоса из Шеника
    Дочь Погоса из Шеника и жена Доно, замужем всего год, детей не имеет, около 18 лет от роду. Она также принадлежала к семье Крко.
    Она подтверждает рассказ Хечо относительно начала дела, прибавив, что при взятии Гелиегузана она сама приблизительно с 250 женщинами была заперта солдатами в сельской церкви. Один курдский родоначальник племени Бакиранли Омер-ага (так действительно называется родоначальник этого племени) пришел и выбрал ее, заявив солдатам, что он хочет ее отдать в жены своему сыну. Хоть солдаты пытались удержать ее, курду удалось ее отнять. Одна беременная женщина взяла ее за руку, прося взять с собой и спасти ее. Два солдата, видя состояние этой женщины, держали пари: один заявил, что ребенок, которого она носила в чреве, — мальчик, другой сказал, что девочка. Они вскрыли ей живот на глазах Анны и вынули ребенка, которого проткнули штыком на груди матери. Анна была уведена к палаткам Омер-бея, курдского родоначальника, где она была изнасилована. Через 7 или 8 дней родоначальник предложил ей перейти в магометанство, на что она согласилась, видя в этом единственную надежду на спасение. Ее водили в течение трех или четырех дней собирать орехи и мало-помалу ей дали больше свободы, думая, что она примирилась со своей судьбой. Наконец, когда ей позволили удалиться одной несколько дальше обыкновенного, она воспользовалась случаем, чтобы бежать на гору Андок, в место, где, как ей было известно, находился родник. Проведя три дня и три ночи в горах, она добралась до Муша. Она думает, что муж ее умер, и заявляет, что готова явиться в качестве свидетельницы перед комиссией... Ее можно найти вместе с Хечо в деревне Гавендик. Хотя их семейство было самое богатое во всем Сасуне, оставшиеся в живых находятся в са» мой крайней нищете. Даже платье, в которое она одета, дали ей добрые крестьяне Басена, когда она шла в Эрзрум.
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3176, л. 88—89.
    [ стр. 53 ]


    28. Генеральный консул в Эрзруме послу в Константинополе Нелидову

    8 марта 1895 г.
    Донесение № 123
    Имею честь представить при сем Вашему высокопревосходительству на благоусмотрение рассказ пехотного чавуша (фельдфебеля) Сулеймана оглу Мустафы о сасунских событиях.
    Я его представляю как новое данное для характеристики действий турок в этом деле.
    Этот рассказ получен мною от французского консула Бержерона, а первоначальное происхождение его мне не известно.
    Максимов
    Приложение
    Перевод с французского*
    Из рассказа Сулеймана, сына Мустафы, бывшего чавуша (фельдфебеля) пехоты
    Пробыв уже несколько лет в Муше, он несколько раз имел случай посетить шатахские деревни, сопровождая сборщиков податей, и хорошо был знаком с их жителями.
    В предпоследнем (1893) году во время талорийских беспорядков один батальон стоял в Мергемузане, близ Шеника и Семала.
    В 1894 году его батальон снова пошел в Мергемузан, взяв с собой два горных орудия.
    ...Полковник Исмаил-бей прибыл из Муша для принятия начальства над войсками. Два дня по его прибытии был парад всех войск, и Исмаил-бей в сопровождении своего секретаря и должностного лица в партикулярном платье, про которого говорили, что он векил (представитель) мушира, подошел с документом, который был прочтен секретарем. Это был султанский фирман, в котором говорилось, что армяне возмутились против его величества и что нужно наказать их, пролив их кровь, дабы они служили примером другим. После этого Исмаил-бей произнес речь, в которой побуждал солдат уничтожать деревни огнем
    __________________________
    * Перевод сделан в МИД России в 1895 г. (Ред.)
    __________________________
    [ стр. 54 ]
    и переколоть мятежников, прибавив, что они могут делать, что хотят, с условием уничтожить все живое, что таков приказ султана. Затем солдаты были распущены по местам. В этот же вечер три батальона получили приказание атаковать Шеник и Семал. Когда крестьяне узнали, что войска приближаются, они сейчас же обратились в бегство. «Как могли они устоять против войск?». Поставили два орудия, из которых пустили несколько снарядов по деревне, убив на главной улице несколько бежавших армян; много других укрылись от артиллерии в школе, которая была атакована после; все, которые в ней находились, были убиты. Деревня была сожжена, и много народу погибло в пламени пожара.
    На следующий день войска двинулись на Гелиегузан. Снова было приказано подвинуть вперед орудия, как было сделано раньше и с тем же результатом, как в Шенике и Семале. Только было больше народу, и избиение было соответственно более значительных размеров. С рассветом войска вошли в деревню, и множество оставшихся в ней крестьян было убито или сожжено в своих домах. Дверь одного большого дома не поддавалась никаким приступам, пока не было пододвинуто орудие и дверь была взломана пущенными снарядами. Один-единственный вооруженный старик и множество женщин и детей, которые там находились, были перебиты...
    Небольшая часть войск не была допущена к участию в грабеже, получив приказание преследовать бежавших, что они и исполняли, причем офицеры кричали: «Кес, кес» — убивай, убивай штыком, не стрелять. Скоро остановили преследование, но он полагает, что во время нападения и бегства было убито от 600 до 800 человек. Много бежавших укрылось в небольших дубовых рощах. В них производились ежедневные загоны, пока войска оставались в Гелиегузане. Местами лесная чаща обливалась керосином, после чего ее поджигали; те, которые оставались, сгорели, тех же, которые выходили из лесу, убивали. Иные успели бежать на отвесную гору, которая называется Андок, где уже находилось значительное число жителей, ушедших до штурма деревни, Эта гора была оцеплена частью войск и курдами. Остальные войска оставались в лагере в Гелиегузане. Но два батальона с 6 и 8 орудиями были отделены для штурма Талори, по другую сторону гор. Через
    [ стр. 55 ]
    несколько дней полковник отдал приказание не убивать более тех, которых они захватывали, обыскивая леса, но брать их живыми, и несколько пленных были им посланы к армянам на гору, чтобы предложить им сдаться. В то же время войска и курды получили приказание прекратить огонь против них. Тогда некоторые из бывших на горе начали спускаться и сдаваться. В их числе находился священник Семала Тер-Оганес, с которым он лично был очень хорошо знаком, в сопровождении большой толпы, состоящей по большей части из женщин и детей, умиравших с голода. Через некоторое время вышел один капитан, выделил около сорока более сильных армян и приказал им вырыть три ямы около трех метров глубины и четырех метров в диаметре, что было исполнено до захода солнца. В этот промежуток толпа из приблизительно 200 армян спустилась с горы. К заходу солнца был парад, после которого полковник приказал привести пленных. Сам он сел перед своей палаткой с зиланским шейхом. Полковник спросил тогда, кто начальник этих армян. Священник ответил, что это он. Шейх, с которым полковник посоветовался относительно того, что следовало бы с ним сделать, сказал: «Пусть его выбреют и выколют ему глаза». Тогда призвали цирюльника, который сбрил ему бороду, потом ему выкололи глаза и привязали к шее веревку. Солдаты тянули за оба конца веревки и заставляли его плясать. Наконец полковник сказал: «Доконайте его», и солдаты проткнули его своими штыками, приподнимая его на воздух и затем бросая на землю.
    С этого места рассказ Сулеймана касательно деталей резни пленных по ночам совершенно сходен с рассказом Мевлюда. Он сам (свидетель) был отделен для исполнения роли мясника и заявляет, будто бы в одну ночь он убил штыком трех человек, не считая других случаев. Он не был с войсками, которые атаковали оставшихся на Андок-даге, но он слышал, что этот отряд был проведен одним курдом по крутой тропе до вершины горы, где солдаты убили всех, кто им попался. Толпа армян, укрывшихся в глубокой горной скважине, откуда они не могли бежать, была перебита до последнего. Во время этого избиения многим другим удалось разбежаться и уйти между скалами. Он определяет число жертв приблизительно в 5000 человек...
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3176, п. 97—98.

  6. #6
    VIP Lord VIP Ultra Club KODAK's Avatar
    Join Date
    Jan 2007
    Location
    Nederland
    Age
    37
    Posts
    2,542
    Thanks
    681
    Interesting posts: 490
    Posts signed 997 times as interesting
    Groans
    0
    groaned 0 Times in 0 Posts
    Rep Power
    16
    Младший секретарь русского генерального консульства в Эрзруме генеральному консулу Максимову



    20 марта 1895 г.
    Из донесения № 4
    В дополнение к предыдущим донесениям о ходе следствия по поводу событий прошлого года в Сасуне должен обратить внимание Вашего превосходительства на следующее:
    I. Следствие производится под административным давлением местных властей. Полиция зорко следит, чтобы жители разоренных селений Кавара и Талори не появлялись в Муше, где они могут представить свои жалобы турецкой следственной комиссии (прим. 6). Отлучка из селений для них почти воспрещена, и они находятся под особым надзором; успевшие же тем или другим способом пробраться в Муш, арестовываются и затем высылаются из города...
    Выбор лиц, являющихся в комиссию в качестве сторонних свидетелей событий, отчасти, если не вполне, производится местными властями... Часто председатель заявляет, что им вызваны мухтары известных селений, на деле же являются другие лица, доставленные заптиями.
    Свидетели, вызываемые таким способом комиссией, разделяются по характеру их показаний на две категории: 1) одни повторяют один и тот же заученный рассказ, хотя принадлежат к жителям различных селений и выбраны и из среды курдов, и из среды армян; 2) другие, принадлежащие к армянам Кавара и Талори, в большинстве случаев не отвечают на задаваемые им вопросы, отговариваясь полным незнанием того, что произошло после их бегства из селений.
    Кроме того, некоторые свидетели давали заведомо для них ложные показания, не могущие быть объясненными какими-либо личными соображениями или мотивами.
    Во время пребывания в Муше свидетели-армяне находятся на попечении местной полиции, что не может не оказывать влияния на их показания: в заседании 4/16 марта некто Шахбаз, из селения Семал, муж которой, по ее словам, был убит в Гелиегузане, давала вполне определенные и обстоятельные ответы; на следующий же день, после ночи, проведенной в Муше, она отказа-
    [ стр. 57 ]
    лась прибавить что-либо к своему прежнему показанию. Возвращаясь в селение, она говорила своему сыну: «Какая нам польза высказывать правду; за это и нас могут убить, как убили отца». Кево из Талори (заседание 28-го февраля), оставленный на ночь на попечении полицейского комиссара, на другой день отказался от своего намерения дать показание относительно событий в Талори в 1894 году.
    Два свидетеля — Мыгро из Талори (заседание 28-го февраля) и Эго из Семала (заседание 17-го февраля) были, после их показаний в комиссии, арестованы в . Муше.
    Трудно предположить, что все вышеизложенное производится местными властями без ведома следственной комиссии.
    II. Комиссия не беспристрастна в своих действиях, что доказывается как только что сказанным, так и самой манерой допроса свидетелей. Благоприятные для турок показания не прерываются председателем и тщательно записываются кятибом; свидетели же, говорящие против властей и войск, отвечают только на вопросы, и самый допрос их ведется крайне запутанно, с целью поймать на противоречиях и подробностях.
    Пристрастность комиссии видна и из того, что она не сделала никаких попыток выяснить такие важные факты, как убийство солдатами женщин и детей, а также сдавшихся войскам у Гелиегузана...
    III. Здешние армяне сначала были возбуждены приездом комиссии и иностранных делегатов; теперешнее же их настроение может быть названо угнетенным. Они ясно увидели, что присутствие делегатов не изменило обычных способов действий турецкой администрации...
    Пржевальский
    АВПР, Посольство в Константинополе, д.3176, л. 103.


    30. Русский генеральный консул в Трапезунде послу в Константинополе Нелидову

    14 декабря 1894 г.
    Донесение
    Подведомственный мне нештатный вице-консул в Керасунде препроводил мне присланное на его имя армянской общиной Шабин-Кара Гисара прошение от 26
    [ стр. 58 ]
    минувшего ноября о притеснениях и насилиях, чинимых местными турецкими властями над армянским населением и над армянами, арестованными по подозрению в политической агитации.
    Почтительнейше представляя у сего на благосклонное воззрение Вашего высокопревосходительства копию с означенного прошения, считаю долгом присовокупить, что согласно разъяснению г-на Колларо основательность изложенных в оном сведений подтверждается рассказами прибывающих в Керасунд из Шабин-Кара Гисара греков и армян.
    Н. Шелкунов
    Приложение
    Копия прошения, адресованного российскому
    императорскому вице-консулу в Керасунде
    (от армянской общины Шапин-Карахисара).

    Перевод с армянского
    26 ноября 1894 г.
    Желая описать жестокие страдания, выпавшие на долю армянской общины нашего города, мы обращаемся к Вам предпочтительно перед всеми, как к представителю нации великой в силу своей цивилизации и гуманности.
    Вам, конечно, хорошо известно критическое положение армян, проживающих в Шапин-Карахисаре; это положение, г-н вице-консул, стало совершенно невыносимым после убийства шести армянских узников, имевшего место около пяти месяцев тому назад.
    Правительство, считая, видимо, что ужас, порожденный среди армянского населения города этими зверскими убийствами, все еще недостаточно велик, начало принимать чрезвычайно суровые меры, которые приведут к верной и постепенной гибели христианского населения.
    Нам хотелось бы обрисовать Вам это положение, которое можно по справедливости назвать плачевным.
    Местные власти и, в первую очередь, мутесарриф Мустафа-бей, желая нахватать чинов и наград, выдумали, что в нашем городе якобы имеются армянские революционеры.
    [ стр. 59 ]
    Мутесарриф и его приспешники Сабит-эфенди, глава муниципалитета, Джевад-бей, зять мутесаррифа из Су-Шехри, занимаются преследованием армян-христиан, применяя для достижения своей цели самые грубые методы.
    С тех пор как были прерваны все средства сообщения, власти отказывают в выдаче паспортов, вне зависимости от того, к какому классу населения принадлежит данное лицо; таким образом, пресечена всякая возможность сообщать во вне о положении вещей.
    Была предпринята попытка поголовных арестов жителей города и окрестностей; внезапные обыски, аресты— все это стало теперь у нас повседневным явлением.
    Узников сначала отправили в центр Су-Шехри и Андреас, где под надзором Джевад-бея они были подвергнуты самым жестоким пыткам, к которым прибегла разве что инквизиция и которые нам не хотелось бы описывать.
    Эти тягчайшие преследования обрушились преимущественно на три категории населения нашего города: интеллигенцию, молодежь, торговцев или капиталистов. Им отказывали в пище, стегали хлыстом, терзали тело щипцами, подвергали пыткам, распяв на кресте, или обливали горячей водой, душили, насиловали молодежь и т. д. Всем этим ужасным пыткам подвергаются узники. Правительства христианских стран, обладающие необходимыми физическими и моральными средствами, имеют возможность прислать своих официальных или тайных наблюдателей для констатации фактов.
    Центральная правительственная тюрьма полна узниками такого рода; к ним присоединяют все новых узников. В настоящее время насчитывается около 80 заключенных. Поводом к арестам послужило наше обращение к иностранный консулам, в котором мы обрисовали создавшееся у нас критическое положение. Последние соблаговолили принять к сведению нашу петицию, о чем мы всегда с благодарностью и признательностью вспоминаем. Впрочем, узник может быть выпущен на свободу, если он заплатит властям 200—300 лир — лишнее доказательство в пользу невиновности заключенных. Никто больше не помышляет о торговле, сельском хозяйстве, просвещении или ином занятии, отвечающем подлинным интересам государства. Школы уже закрыты.
    [ стр. 60 ]
    Честь граждан, их имущество, сама жизнь находятся под угрозой.
    Понятно, что с изъятием лучших людей города, которые брошены в тюрьму с помощью бесчестных и несправедливых методов, остальное население никогда не сумеет защитить себя и уже содрогается при мысли о непосредственном вторжении, которое вполне возможно в столь критических условиях.
    Турки, поощряемые действиями правительства, вновь преисполнились старого духа насильственного внедрения ислама и действительно готовятся вторгнуться в пределы общины, лишенной всякой возможности защищаться. Правительство не желает силой или мирными средствами защитить население, не допустить варварского вторжения, последствия которого легко себе представить.
    Господин вице-консул, трудно и даже невозможно описать в подробностях страшное положение армян: давно наше тело и наш дух не ведают спокойствия, давно мы не ощущаем того внутреннего удовлетворения, которое испытывают честные семьи в кругу своих детей и друзей; нет ни одной семьи, у которой отец, сын или брат не находились бы в тюрьме и не взывали бы о помощи; мы же бессильны облегчить их участь...
    Покуда есть добрые и благородные люди, представляющие правительства христианских стран, мы не отчаиваемся. Мы, следовательно, еще раз горячо просим Вас во имя человечности и справедливости пожалеть нас, избавив от этих невыносимых тягот. Нам говорят: «Вы должны умереть под пыткой», но ничего не сообщают о нас иностранным государствам, и заставляют страдать еще больше, если мы взываем к Вам о помощи.
    В надежде, что настоящая мольба будет услышана в высших сферах, остаемся вечно признательными Вам.
    Армянское население Шапин-Карахисара
    АВПР, Политархив, д. 1416.


    31. Русский консул в Алеппо послу в Константинополе Нелидову

    15 декабря 1894 г.
    Донесение № 67
    В настоящее время находится в Алеппо александретский каймакам, вызванный сюда вследствие неоднократ-
    [ стр. 61 ]
    ных жалоб на него со стороны армян, жителей Александретты.
    Получив приказание из Константинополя строго следить за поведением армянского населения, каймакам увидел в том удобный случай для прикрытого хищничества. С ревностью, достойной лучшего дела, он поспешил арестовать жителей армян и выслать их из Алеппского вилайета в другой вилайет или даже из одного округа в другой того же вилайета. Арестованные, как политически неблагонадежные армяне, откупались, смотря по возможности и материальному состоянию. Оставались арестованными только те, которые не могли удовлетворить эти требования каймакама.
    Трудно, почти невозможно, ожидать, чтобы обвиняемый не оказался виновным по следствию, которое производится административным советом под председательством генерал-губернатора, ожесточенного врага всего, что носит армянское имя или название.
    В последнее время было арестовано здесь до 30 армян по подозрению в принадлежности к какому-то политическому заговору. Некоторые из них, как более опасные, отправлены под конвоем в Константинополь, другие высланы в вилайеты Аданский, Диарбекирский и Харпутский.
    Во время агонии сисского армянского патриарха, умершего в Алеппо, была приставлена к его дому полиция, чтобы немедленно после его смерти захватить все его бумаги.
    В Бейлане был пожар. Несмотря на то, что сгорело несравненно больше армянских домов, нежели мусульманских, армяне были обвинены в поджоге.
    В здешнем так называемом лицее один воспитанник-армянин, поссорившись со своим товарищем-мусульманином, назвал его собакой. Несмотря даже на протест кади, не нашедшего в этой ссоре ничего ни антирелигиозного, ни армяно-политического, генерал-губернатор выслал ученика-армянина в Аданский вилайет.
    Я просил генерал-губернатора сделать распоряжение о выдаче буюрулди русскому подданному Агавову, отправляющемуся из Алеппо в Антиохию. Узнав, что Агавов армянин, Хасан-паша отказал мне в моей просьбе Я вынужден был вести особенную переписку по этому делу, и только после повторных настояний я мог по-
    [ стр. 62 ]
    лучить требуемое мною буюрулди для русского подданного.
    Вчера получено было мною прошение о защите и покровительстве от 14 городских жителей-армян, арестованных полицией с тем, чтобы на другой день отправить их в Харпутский вилайет. Сегодня утром 14 арестованных армян отправлены под конвоем по харпутской дороге, сопровождаемые плачем и воплями их родственников, взрослых и детей.
    Высланные из Алеппского вилайета армяне—большей частью содержатели или сторожа ханов; есть между ними мелкие лавочники, сапожники и портные.
    Якиманский
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3197, л. 81.


    32. Армянский патриарх в Константинополе министру юстиции и культов Турции Риза-паше

    Перевод с французского
    8 февраля 1895 г.
    Из письма
    В своем предшествующем такрире, который я имел честь направить Вам 9-го января, я уже сообщал о своем намерении изложить противозаконные деяния, совершаемые в провинциях, населенных армянами, и вызывающие их жалобы...
    Чувствуя всю тяжесть лежащей на мне ответственности, беру на себя смелость рассказать Вам в этом такрире всю правду. Убежден, что именно таким образом выполню свой долг как по отношению к правительству, так и по отношению к своему народу, в соответствии с торжественным обязательством, данным мною при моем возведении в патриарший сан...
    Армянский народ, подвизающийся в сельском хозяйстве, промышленности и торговле, неизменно являлся важным фактором прогресса страны. Он всегда платил налоги, которыми облагался, сохранял хорошие отношения со всеми другими подданными империи и, в частности, со своими турецкими соотечественниками, требуя, в конечном счете, только лишь возможности пользоваться благами цивилизации.
    В своей частной жизни армяне сохранили верность христианской религии и заботились о поддержании до-
    [ стр. 63 ]
    бровольными пожертвованиями своих церквей, монастырей и школ, равно как об обучении своих детей, и поставляли обществу людей всех профессий, а государству—способных чиновников.
    И что же, Ваше превосходительство! Эта нация оказалась сейчас в таком состоянии, когда ни отдельные лица, ни народ в целом не могут жить мирной и спокойной жизнью.
    Нынешняя система управления, организация юстиции и провинциальной полиции с ее чрезмерной централизацией и ее ограниченными функциями недостаточна для охраны прав населения. То же можно сказать и о методах, применяемых фанатически настроенными или неспособными исполнителями.
    Подобное положение, при существующем недоверии к армянам, привело к целому ряду правительственных репрессий, так что жизнь, честь и благосостояние в провинциях, населенных армянами, продолжают оставаться совершенно необеспеченными...
    Главным занятием армян является сельское хозяйство. Между тем земли, занимаемые ими с незапамятных времен, как аборигенами страны, земли, удобренные их потом, земли, плодами которых пополняется государственная казна, изъяты у них тем или иным способом. В одних случаях влиятельные лица, турки и курды, благодаря поблажкам, которые им предоставляют официальные круги, тайно записывают на свое имя земли, им не принадлежащие, и выселяют подлинных владельцев. В других случаях крестьяне, чтобы заручиться защитой главаря какого-нибудь племени и предохранить себя от бесчинств и грабежей, вынуждены уступать ему лучшую часть своих земель. Случается и так, что армяне, отданные на милость вожакам племен с их постоянной враждой и беззакониями, бывают вынуждены уступить целые селения.
    Иногда грабежи довершают несправедливый судебный приговор, вынесенный под давлением извне. Крестьянин остается без имущества, без защиты против насилий, совершаемых именем закона. Любая попытка законной защиты рассматривается как преступление и вызывает репрессии. Так крестьянин становится рабом беев и ага, объектом их торговых сделок. Он платит этим феодалам бесчисленные налоги, отдает в их распоряжение себя самого, свою семью и стада, принужден обрабаты-
    [ стр. 64 ]
    вать собственным скотом поля для их выгоды и пользы, возводить для них постройки, предоставляя бесплатно и труд и материалы,—одним словом, выполнять все тяжелые повинности, которые на него возлагаются.
    Так же мало уважаются владения армянских монастырей, их земли, являющиеся единственным источником, который поддерживает существование монахов и позволяет им удовлетворять духовные нужды своей паствы.
    Крестьяне, кроме налогов, выплачиваемых императорской казне, обязаны еще платить вожакам курдов налог, известный под названием кяфирата (налог неверных). Даже монастыри стали должниками некоторых ага, периодически собирающих подати...
    Агенты государственной казны и мультезимы довершают эти несчастья своими беззаконными действиями. Для сбора налогов администрация посылает но восемьдесять конных жандармов в селения, насчитывающие не более тридцати домов, и крестьяне вынуждены предоставлять помещение и питание людям и лошадям. Сборщики избивают палками жителей и приходских священников, допускают надругательства над христианской религией и предметами культа. Они изымают земледельческие орудия, отбирают последнюю одежду у тех, кто не может расплатиться тотчас же. Тех же, кто совсем ничего не имеет, бросают в тюрьмы.
    Что касается мультезимов, то они при подсчете скота и урожая, принадлежащего крестьянину, удваивают итог и таким образом заставляют платить подати с вымышленных доходов. Они приступают к подсчету урожая настолько поздно, что крестьянин оказывается перед альтернативой: или оставить несобранный урожай гнить на корню, или убрать его, но затем подчиниться требованиям мультезимов.
    При взимании десятины показ дохода, превышающего доход предыдущего года, рассматривается как форма вознаграждения чиновников; поэтому в некоторых местах они, вместо того, чтобы назначить оценщиков, представляющих необходимые гарантии личной честности и финансовых способностей, принимают на работу людей, которые способны обеспечить им этот доход. В этих условиях люди без совести, для которых самые жестокие средства хороши лишь бы обогатиться, становятся оценщиками, притесняют население. И так как они всегда
    [ стр. 65 ]
    в долгу у императорской казны, местные власти проявляют к ним терпимость, чтобы дать им возможность расплатиться.
    Измученные крестьяне предпочитают эмигрировать, но эмиграция не безопасна...
    Бывает также, что мужчины, оставляя свои семьи на родине, уезжают группами за границу, чтобы заработать на пропитание. Когда же эти эмигранты хотят возвратиться в свою страну, они встречают препятствия со стороны местных властей, которые рассматривают этих несчастных людей как преступников за то, что они покинули страну в поисках заработка.
    Что касается покушений на семейную честь, то сколько раз девушки, вышедшие замуж, похищались в день их свадьбы! Доказано, что молодые женщины, и даже малолетние, подвергались тягчайшим оскорблениям. В тюрьмах преступники принуждали к сожительству молодых армянок. Известны случаи, когда родственники под угрозой смерти принуждались к кровосмесительной связи. Трудно говорить обо всем этом без возмущения!
    Добавим, как это ни горько, что самый дух недоверия, которым проникнуто отношение правительства к армянам, равно как и бесчисленные беззакония, совершаемые чиновниками из административного аппарата, юстиции и армии, довели до предела бедственное положение нации. Простая жалоба, всякая попытка защиты попранных человеческих прав, сбор пожертвований в пользу школ и церквей, участие в филантропической организации, чтение давно опубликованных поэтических произведений или журналов, которые правительство даже не объявляло запрещенными, ношение оружия, хранение пороха, хотя бы в самых ничтожных количествах, — все это является в глазах правительства тяжким преступлением, которое армяне должны искупать годами тюремного заключения.
    Должностные лица и, кроме них, целый сонм проходимцев, не имеющих никакого официального положения, • практикуют ложные обвинения против армян с целью получения награды или повышения по службе или просто ради утоления личной ненависти.
    Самый безобидный проступок, любое маловажное правонарушение, анонимный донос и показание, полученное такими средствами, как угроза, применение силы и т. д., являются достаточными для того, чтобы возложить от-
    [ стр. 66 ]
    ветственность на все население. Тогда начинаются мас совые аресты, и арестованные, после долгих лет предва рительного заключения, приговариваются к самым тяжким наказаниям с помощью крючкотворства, которое должно изображать закон. Иногда даже эти формальности считаются излишними, и применяется настоящая вооруженная расправа с населением. Дело доходит до самых страшных преступлений, жертвой которых становится все население, как об этом свидетельствуют события в Эрзруме, Кесарии и Йозгате и совсем недавние события в Сасуне, происшедшие при самых трагических обстоятельствах.
    Несколько архиепископов, епископов, прелатов и священников, в том числе 82-летний достопочтенный старец, были заключены в тюрьму рядом с преступниками и убийцами.
    После нескольких лет предварительного заключения поименованные духовные лица были приговорены к различным наказаниям: к заключению в крепости, ссылке и даже к смертной казни.
    За неимением официальных данных, патриархия не знает точного числа священнослужителей, находящихся в настоящее время в заключении. Тем не менее сведения, которые достигли патриархии, хотя и весьма неполные, показывают, что в настоящее время около сорока духовных лиц, в том числе пять епископов, одиннадцать прелатов и двадцать два священника, находятся в тюрьмах. Несколько служителей церкви умерли в тюрьмах.
    Отряды конной жандармерии непрерывно объезжают селения для производства дознаний. Чтобы оправдать свое существование в глазах высших властей, эти отряды просто измышляют несуществующие политические заговоры или революционные акции.
    Для того, чтобы придать таким «разоблачениям» видимость правдоподобия, требуются какие-то улики; с этой целью беспощадно избивают крестьян, чтобы заставить их дать нужные показания. Производят внезапные налеты на дома, причем обыски сопровождаются грабежами, а также оскорблениями чести обезумевших от страха женщин.
    Следственные отряды отправили таким способом в тюрьмы, под самыми ничтожными предлогами, большое количество армян, среди которых были даже школьни-
    [ стр. 67 ]
    ки, подростки. В тюрьмах заключенных избивают, раздев их догола. Их привязывают к крестообразным столбам и прижигают раскаленным железом. Несчастным предлагают принять мусульманскую религию, обещая за это прекратить их мучения и отпустить на свободу. Самые страшные угрозы применяются к этим несчастным юношам, чтобы вырвать у них признание в вещах, о которых они ровно ничего не знают.
    В других случаях от крестьян требуют выкупа, обещая освободить их. Так как арестованные часто не имеют возможности заплатить требуемую сумму, их посылают в сопровождении жандармов на рынки с тем, чтобы они добыли там нужные деньги, хотя бы для этого им пришлось обойти все лавки. Женщинам предлагают освободить их мужей ценою выкупа или бесчестия.
    Количество заключенных из гражданского населения исчисляется тысячами. Но поскольку переписка патриархии с архиепископами и другими церковными властями провинции, вследствие известных причин, была почти полностью прервана, то установить точное число этих лиц было невозможно.
    Мы вынуждены с прискорбием отметить, что такриры, с помощью которых патриарх осведомляет о подобных фактах императорское правительство и ходатайствует об устранении бедствий и лишений, приносящих страдания народу, даже не принимаются к рассмотрению. Эти обращения, в которых патриарх исходит из интересов правительства, страны и нации в целом, рассматриваются как незаконное посягательство и вмешательство в чисто административные дела, находящиеся вне привилегий и компетенции патриархии.
    Рассматривая положение с точки зрения свободы вероисповедания, мы с сожалением отмечаем, что из-за существующих притеснений армянский народ лишен даже духовного утешения и права свободно исполнять обязанности и заповеди, предписываемые христианской религией...
    Канонические книги, излагающие нашу священную веру, в которых ни одна буква не должна быть искажена, подвергаются просмотру и исправлениям цензоров. В календарях, указывающих религиозные праздники, некоторые части, в которых речь идет об именах святых и посвященных им праздниках, были вычеркнуты, а печатание календарей без этих изменений было запре-
    [ стр. 68 ]
    щено. Чтение старых изданий этих священных произведений рассматривается как преступление. Печатание истории Армении разрешается лишь с изменениями и пропусками. В школьных учебниках цензоры Министерства народного образования опускают имена прежних армянских царей, князей и генералов и заменяют их другими именами. Запрещено даже употребление армянских названий некоторых городов. Как все остальные христианские церкви, армянская церковь имеет также свое собственное название. Она называется Церковью Армении (А й а с т а н и Е к е х е ц и). Со скорбью мы наблюдаем, как пытаются отнять у нашей святой церкви право носить свое собственное имя.
    Со времени принятия армянским народом христианской религии верховным главой национальной церкви является католикос эчмиадзинский, под высшей духовной юрисдикцией которого находится вся армянская нация. Однако императорское правительство запрещает упоминать имя его преосвященства в армянских газетах и публиковать его буллы...
    Сколько церквей и монастырей было конфисковано и осквернено! Сколько их было разграблено и сожжено!
    Нередко можно видеть врата алтарей и памятники, носящие изображение святого креста, замаранные нечистотами...
    С одной стороны, патриархия бессильна удовлетворить настоятельные просьбы и жалобы населения изме нить существующее положение, с другой стороны, возросли трудности и препятствия, способные свести на нет привилегии патриарха и архиепископов. Эти препятствия и помехи вызывают распад религиозных и церковных организаций армян.
    Мы перечислим основные факты, говорящие об этом:
    I. Армяне имеют утвержденные императорским ирадэ статуты, которые определяют законы, регулирующие их духовное и церковное управление, порядок избрания духовных руководителей нации и членов различных советов и комитетов, а также функции и формы деятельности этих советов и комитетов.
    Однако применение основных принципов этих статутов, упоминание о них на армянском языке в газетах и празднование даты их провозглашения были запрещены правительством под разными предлогами.
    Члены различных советов и комитетов национальной
    [ стр. 69 ]
    администрации лишены возможности собираться на законные заседания, а некоторые из них были арестованы за то, что исполняли свои обязанности. Точно так же некоторые армяне, которые воспользовались своим правом избрания различных советов, были отправлены в тюрьму за то, что они якобы избирали членов революционных комитетов.
    Эти обстоятельства доказывают, что статуты перестали существовать, а это, в свою очередь, приводит к развалу духовных организаций нации.
    II. Берат об инвеституре патриаршего сана и церковные привилегии устанавливают, что в вопросах, касающихся архиепископов и епископов, обвиняемых должностными лицами правительства в поступках или преступлениях, могущих повлечь их смещение или ссылку, правительство не будет принимать никаких мер прежде, чем проверит правильность обвинений, передав дело в патриархию. Из тех же привилегий вытекает, что никакое наказание не может быть наложено на духовных лиц раньше, чем патриарх не лишит их духовного сана. Однако, как об этом было сказано выше, некоторые духовные лица находятся в настоящее время в тюрьмах и ссылке, а наказание было на них наложено при условиях, прямо противоречащих привилегиям патриархии, а также правительственным указаниям.
    Напротив, осуществление права патриарха призывать непокорных духовных лиц к повиновению и наказывать, их в случае необходимости наталкивается на трудности и даже на препятствия из-за вмешательства правительства.
    III. Рукописные документы патриархии, равно как произведения, которые она хочет печатать, естественно, не могут проверяться цензурой. Однако Министерство народного образования приравнивает эти документы и произведения к рукописям и произведениям, которые представляются частными лицами, и запрещает печатать их без разрешения цензуры, В число их включены даже сообщения и объявления, посылаемые патриархией в газеты.
    IV. Приходские армянские школы созданы для того, чтобы дать юношеству, наряду с общим образованием, знание в совершенстве языка, религии, национальной истории, и для воспитания его в духе священных принципов религии и морали. Эти школы содержатся исклю-
    [ стр. 70 ]
    чительно на средства населения. Однако Министерство народного образования приравняло их к обыкновенным частным заведениям, изъяв их из-под наблюдения, кон троля и юрисдикции патриархии и епископства.
    V. Хотя решения по спорным делам, связанные с завещаниями и дарениями, по самому своему характеру должны находиться в ведении церковных властей, правительство не признает компетенции патриархии и архиепископов в этих вопросах.
    Во время переговоров относительно соглашения о привилегиях армянского и греческого патриаршеств правительство в устных заявлениях обещало пожаловать армянскому патриаршеству все условия «модуса вивенди», предоставленного греческому патриаршеству. Тем не менее армянскому патриаршеству вслед за этим было отказано в привилегиях, признанных за греческим, в вопросах о завещаниях и дарениях.
    VI. Формальности, недавно установленные правительством для получения разрешения на строительство новых и восстановление уже существующих школ, церквей и т. д., далеки от того, чтобы помочь патриархии, и вызывают новые затруднения и серьезные задержки. С другой же стороны, возникли новые трудности, поскольку правительство решило закрыть церкви и школы, не имеющие императорских фирманов, до тех пор, пока не будут получены новые фирманы. Так, например, в трех селениях округа Акн (вилайет Мамурет-ул-Азиз) мюдир приказал закрыть церкви, так как крестьяне не могли представить полученные фирманы, потому что не знали, где они находятся. Этот мюдир додумался до того, что приказал запечатать двери церквей, чтобы жители не могли туда проникнуть.
    Тщетно патриархия сообщала правительству даты пожалованных фирманов и многократно просила вновь открыть церкви. Ей было отвечено письменно, что необходимо получение новых фирманов. В результате жители указанных трех селений будут лишены в течение долгого времени всякой религиозной службы.
    В соответствии с этим же решением будут закрыты церкви, школы и монастыри, построенные до турецкого завоевания и не имеющие фирманов, а также церкви, школы и монастыри, построенные после завоевания, фирманы которых были утеряны.
    VII. Христианская религия признает единственно за-
    [ стр. 71 ]
    конным браком—церковный брак, а право наследования исключительно принадлежит детям, родившимся от такого брака. Следовательно, право наследования может быть определено и подтверждено только церковными властями, в ведении которых находился умерший. Однако шерифские суды оглашают решения о наследстве, удовлетворяясь показаниями первого встречного, тогда как необходимо, чтобы основанием для них служили сведения, представленные патриархией.
    В результате такого рода дела решаются в соответствии с предписаниями мусульманской церкви.
    VIII. Кроме налогов, установленных правительством, армянский народ платит еще специальный налог, установленный для покрытия расходов по народному образованию. Однако эти налоги никогда не используются для удовлетворения нужд армянских школ, которые содержатся исключительно на добровольные пожертвования народа. Решения же, принятые Блистательной Портой, крайне затруднили сбор пожертвований и подписку в пользу школ и церквей. Оттоманское правительство недавно запретило вообще какую бы то ни было подписку и сбор пожертвований этого рода. Поэтому сбережения школьных богоугодных организаций иссякли.
    В соответствии с древним обычаем, освященным, между прочим, фирманами и бератами, настоятели монастырей посылали членов своих конгрегации в места, подчиненные соответствующим епископствам, для сбора подарков и пожертвований, которыми поддерживалось существование монастырей. Но с некоторого времени провинциальные власти запрещают сохранение этого обычая, прикрываясь распоряжением Блистательной Порты. Таким образом, стало невозможным удовлетворять нужды монастырей...
    Вот, Ваше превосходительство, краткое описание общего положения армянского народа. Огромная информация по этому вопросу содержится в многочисленных такрирах, которые в течение многих лет патриархия непрерывно направляла императорскому правительству.
    Оттоманское правительство имело возможность, на основании многочисленных расследований, установить и проверить положение в провинциях, населенных армянами, и их нужды; ему известны также все факты.
    Патриархия многократно обращалась к императорскому правительству, и она всегда получала от него обе-
    [ стр. 72 ]
    щания провести реформы и улучшить положение, однако эти обещания и полученные уверения остаются втуне.
    Армянская нация, Ваше превосходительство, в качестве христианской общины желает полной свободы отправления религии, беспрепятственного функционирования гражданской и религиозной организации, полного сохранения своих церковных привилегий; она желает существовать в мире как армянская нация, сохраняя характерные свойства и отличительные черты, присущие ее национальной индивидуальности.
    Она стремится к установлению определенного порядка, могущего гарантировать ей возможность пользоваться всеми правами, которыми провидение наделило человечество, и всеми благами, которые цивилизация предоставляет трудолюбивым народам...
    Патриарх армян в Турции Матевос
    АВПР, Политархив, д. 1416.


    33. Армянский архиепископ в Эрзруме российскому генеральному консулу Максимову

    Перевод с французского
    8(20) марта 1895 г.
    Письмо
    Спешу сообщить Вам только что полученные мной от моего специального уполномоченного сведения о прискорбных событиях, происшедших в казе Спере, находящейся на расстоянии не более семи часов езды от нашего города.
    15 декабря 1894 г. турецкое население деревни Чипот, одной из главных деревень Спера, сделало попытку захватить участок земли, принадлежащий армянам, жителям той же деревни. Армяне, естественно, воспротивились этому акту насилия, но мусульмане, раздраженные сопротивлением христиан, взялись за оружие и напали на несчастных, беззащитных армян, творя при этом акты крайней жестокости. Они начали с мужчин, ранив более или менее серьезно 13 человек ружейными выстрелами и холодным оружием. Вот имена жертв (семь из них находятся в безнадежном состоянии):
    Мкртыч, сын Каприэля
    Торос,
    Ованес, сын Тер-Кеворка
    Вартан, » »

    [ стр. 73 ]
    Казар, » »
    Казар, сын Тер-Каприэля
    Акоп, сын Казара
    Григор, сын Баба
    Пилос, сын Аракела
    Кивас, сын Крелима
    Галуст, сын Саркиса
    Амбарцум, сын Аракела
    Акоп, сын Минаса.

    Не удовлетворившись этими зверствами и видя, что мужчины рассеялись по полям, злодеи ворвались в армянские дома, глумясь и издеваясь над женщинами и девушками; одна из них по имени Марта, оказавшая сопротивление бесчестным насильникам, была убита.
    Эти чудовища-изуверы убили также одного ребенка из-за того, что он кричал при виде насилий, совершаемых над его матерью и сестрой, — эти крики раздражали насильников.
    Спустя несколько дней один юзбаши, объезжавший в сопровождении нескольких заптие эти места для взимания податей, прибыл в ту же деревню Чипот. Он навел справки о случившемся и остался весьма доволен; он поощрил единоверцев к продолжению издевательств над гяурами, посоветовав им, однако, быть осторожнее, чтобы не обращать на себя внимание.
    По его указанию избиение армян было продолжено. Имущество армян он захватил под предлогом взимания податей, а вечером выбрал самую красивую армянскую женщину для удовлетворения своих гнусных инстинктов. Несчастная укрылась у себя дома; слуги юзбаши проделали отверстие в крыше дома, через которое юзбаши проник в дом и похитил прекрасную армянку.
    Со времени этих событий среди несчастных армян, жителей деревень Сперского округа, воцарился ужас. Женщины, вынужденные целыми днями оставаться дома, забаррикадировались на случай налета, мужчины же едва осмеливаются показываться на улицах деревень. Никто из армян, жителей Чипота, не может приехать в город, а если у него спешное дело, он допускается в пределы города только при условии хранить молчание о происходящем и никому не подавать никаких жалоб.
    Армянский архиепископ в Эрзеруме Гевонд
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3176, л. 111.

  7. #7
    VIP Lord VIP Ultra Club KODAK's Avatar
    Join Date
    Jan 2007
    Location
    Nederland
    Age
    37
    Posts
    2,542
    Thanks
    681
    Interesting posts: 490
    Posts signed 997 times as interesting
    Groans
    0
    groaned 0 Times in 0 Posts
    Rep Power
    16
    Армянское население Шапин-Карахисара российскому послу в Константинополе Нелидову



    Перевод с армянского
    Шапин-Карахисар, 25 июня 1895 г.
    Из письма
    Мы, нижеподписавшиеся, считаем долгом просить Ваше высокопревосходительство соблаговолить передать Вашему правительству нашу глубокую благодарность за ту заботливую поддержку, которую оно пожелало оказать нашей стране, пребывающей в невыносимом положении, общей программой армянских реформ, с кратким изложением которой мы имели честь ознакомиться.
    Однако, да будет позволено нам заметить, что вопрос о программе реформ не новый, и мы часто разочаровывались в наших справедливых надеждах, которые, казалось бы, давно должны были быть осуществлены.
    Ваше высокопревосходительство, Вам прекрасно известно, что когда выполнение законов передоверяется бездеятельным органам или же органам, заведомо не склонным претворять эти законы, или же лицам неподходящим, то, как бы ни были хороши эти законы, они остаются мертвой буквой.
    Ведь общеизвестен тот факт, что турецкое правительство, вопреки наличию у него гуманных законов, в своей политике неизменно руководствовалось варварскими методами.
    Вновь поручать осуществление программы армянских реформ его султанскому величеству — не насмешка ли это над нами?
    Для нас ясно уже, что раны наши, еще не зажившие, пуще будут кровоточить; с одной стороны, экономический кризис, с другой — гонения и невероятные муки окончательно доконают нас...
    С глубоким уважением [следует 475 подписей]
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3181, л. 12.



    35. Армянский патриарх в Константинополе министру юстиции и культов Турции Риза-паше

    Перевод с французского
    15 августа 1895 г.
    Письмо
    Осмелюсь привлечь внимание Вашего превосходительства к поступившим на мое имя жалобам по поводу же-
    [ стр. 75 ]
    стокостей, чинимых злоумышленниками в деревнях санджака Карахисари-Шарки, Сивасского вилайета, и, в особенности, в деревнях Андреас и Тамзара.
    Спешу привести несколько фактов.
    В деревне Андреас мусульмане убили армянина по имени Саак Айвазян; там же убили другого армянина Саака Карабеяна, сбросив его с вершины скалы, известной под названием Шемше; в той же деревне восемнадцатилетний турок Мехмед, сын дервиша Карабал-оглы, ударом кинжала убил армянского мальчика Азарика, четырнадцати лет от роду, сына Калайджяна.
    Далее, по ложному доносу одного курдского бандита, обвинившего армян деревни Кетче-Юрд в нанесении ему раны и в убийстве двух его сообщников, были арестованы одиннадцать армян, которых подвергли жесточайшим пыткам с тем, чтобы вынудить их признаться в приписываемых им злодеяниях. Родные арестованных, узнав о том, в каких условиях томятся их близкие, отправились в составе двадцати одного экипажа в центр казы, требуя правосудия.
    Сообщают также, что мусульманское население деревни Андреас, возбуждаемое фанатиками-хаджами и улемами и поощряемое бездействием властей, грозится вырезать всех христиан.
    Что касается жалоб населения деревни Тамзара, то нижеследующие данные исчерпывающе характеризуют обстановку.
    Несколько турок-хулиганов избивали армянку, пытаясь надругаться над ней. Услышав крики, армяне поспешили прийти ей на помощь. Насильники, к которым присоединилось мусульманское население деревни, вооруженное ножами и кинжалами, напали на армян. Это нападение было приостановлено лишь в результате вмешательства жандармерии, присланной в Тамзара местными властями. Несколько армян было ранено или жестоко избито. Охваченное страхом армянское население, не решаясь оставаться в этой деревне, вынуждено было бежать в центр санджака, где и проживает в настоящее время, раскинув свой лагерь в районе кладбища. Люди страдают от непогоды и обречены на безысходную нищету.
    Отметим особо жалобы на Салиха-эфенди, главного чиновника по составлению описей и оценки недвижимости в Карахисари-Шарки, поселившегося в Тамзара.
    [ стр. 76 ]
    Помимо угроз и клеветы, к которым прибегает продажный Салих-эфенди, он, под предлогом взыскания налогов, посылает в эти деревни жандармов, которые избивают и арестовывают армян. За малейшую задолженность по налогу Салих распродает до нитки имущество армян по самым низким ценам.
    Не довольствуясь злоупотреблением властью, этот государственный чиновник осмеливается нарушать добрые нравы, покушаясь на честь порядочных женщин.
    Так, жена армянина Керопа Бозарьяна, жительница деревни Тамзара, которая в данное время находится по делам в Керасунде, подверглась наглому преследованию со стороны Салиха и вынуждена была покинуть деревню во избежание дальнейших преследований. Получив сведения об отъезде этой женщины, Салих попытался вернуть ее с дороги, утверждая, что за ней числится задолженность по налогу. В догонку за ней был послан конный жандарм Мустафа, которому было поручено арестовать ее, но мужественная женщина, полная решимости отстоять свою честь любой ценой, отказалась повиноваться жандарму, и ей удалось таким образом уехать.
    Этот поступок главного чиновника по составлению описей и оценки недвижимостей, а также и другие совершенные им злоупотребления и жестокости довели армянское население до крайнего отчаяния. Все армяне подписали и подали совместную жалобу. Они обвиняют Салиха и мюдира деревни, а также брата мюдира Мухаррема и жандармов; имея поручение наблюдать за порядком, эти люди сами творят злоупотребления, поощряемые действиями Салиха.
    В жалобах, поступивших в патриархию, с сожалением констатируется, что названное обращение не дало результатов.
    Сожалею о том, что к этим жалобам вынужден присовокупить также сведения о положении в Карахисари-Шарки, содержащиеся в различных донесениях и в копии телеграммы, оригинал которой, направленный в адрес патриархии, так же, как и в великий визират и в Сивасский вилайет, в патриархии получен не был.
    Согласно этим сведениям, армяне Карахисари-Шарки не осмеливаются выходить из домов, опасаясь за свою жизнь; церковь закрыта и богослужение больше не совершается.
    Мною уже отданы телеграфные распоряжения соот-
    [ стр. 77 ]
    ветствующим лицам об открытии церкви и возобновлении богослужения.
    Ввиду того, что положение, согласно донесениям и жалобам, становится все серьезнее, осмеливаюсь привлечь внимание Вашего превосходительства к этим фактам...
    Матевос Измирлян
    АВПР, Политархив, д. 1416.


    36. Из статьи Эм. Диллона «Положение дел в Турецкой Армении» (1895 г.)

    В 1891 году Блистательная Порта, опасаясь серьезных затруднений для себя от обещанного введения реформ в Армении и возможной во время войны враждебности Христиан, живущих в провинциях, пограничных с Россией, решила убить двух зайцев одним выстрелом и организовала так называемую кавалерию гамидие, составленную исключительно из курдов. План, предложенный некоторыми высшими сановниками империи, заключался в том, чтобы вытеснить армян из пограничных земель, как, например, Алашкерт, и заменить их магометанами, чтобы число их во всех пяти провинциях было сокращено до таких размеров, при которых исчезла бы надобность в специальных реформах для армянского населения, и чтобы в случае войны курды действовали как противовес казакам.
    Эта открытая политика истребления была точно осуществляема и значительно расширена с того времени, и если ей не положат скорого конца, то она без сомнения приведет к окончательному разрешению армянского вопроса; но это разрешение будет позором для христианства и презрительной насмешкой над цивилизацией...
    Теперь доказано, что сасунская резня была сознательным делом представителей Блистательной Порты — делом, которое было заботливо подготовлено и беспощадно выполнено, несмотря на то, что эти ужасы вызывали содрогания даже в курдских разбойниках и чувство сострадания даже в сердцах турецких солдат.
    Следовательно, жаловаться на необеспеченность жизни и имущества в Армении до тех пор, пока эта страна находится под безответственным управлением Блистательной Порты, это все равно, что солдату жаловаться
    [ стр. 78 ]
    на серьезную опасность от неприятельских пуль во время кровавого столкновения. Результат, составляющий предмет жалоб, является той именно целью, к которой стремятся, и совершенство, с которым достигается этот результат, служит убедительным доказательством действительности употребляемых мер.
    Один выдающийся иностранный государственный деятель, обыкновенно считающийся убежденым туркофилом, недавно заметил в частном разговоре со мною, что турецкое владычество в Армении можно было бы правильно определить как организованное разбойничество, узаконенное убийство и вознаграждаемую безнравственность. Протесты против этой системы могут быть справедливы и уместны, но их едва ли можно считать полезными. Филантроп при посещении тюрьмы может испытать большее огорчение, увидя, что у одного из заключенных связаны руки и ноги, но он едва ли будет тратить время на принесение жалобы по этому поводу, если узнает, что этот арестант присужден к смерти и скоро будет повешен.
    Первый шаг к осуществлению плана истребления заключался в том, чтобы систематически разорять народ. Это естественно в стране, где чиновники по восьми или десяти месяцев ждут своего жалованья и затем должны довольствоваться только частью того, что им следует. «Я не получал и одного пара в течение двенадцати недель и не могу даже купить себе платья», — воскликнул чиновник, которому поручено было следить за мною день и ночь в Эрзеруме. «Платили ли вам правильно жалованье?» — спросил я начальника телеграфной конторы в Кутеке. «Нет, эфенди, — отвечал он, — теперь я не получал ничего в течение восьми месяцев; впрочем, я получил месячное жалованье на байрам». — «Как же вы живете в таком случае?» — «Бедно». — «Но ведь вам нужно же хоть сколько-нибудь денег, чтобы не умереть с голоду?» — «Конечно, я имею немного денег, но недостаточно. Аллах милостив. Вы сами теперь дали мне немного денег». — «Но ведь эти деньги не для вас, они заплачены на телеграмму и принадлежат государству». — «Я беру эти деньги себе в возмещение жалования, это составит не очень много, но сколько бы денег ни составилось таким образом, я кладу их себе в карман». Эти люди, конечно, мелкие чиновники, но их положение по существу не отличается от положения их
    [ стр. 79 ]
    начальников: судьи, офицеры, вице-губернаторы, вали и т. д. находятся в таком же безденежье, но и отличаются нередко большею жадностью.
    Тасик [Тахсин]-паша, бывший генерал-губернатор Битлиса, представляет отличный образчик высокого турецкого сановника эпохи истребления. Он имел обыкновение заключать в тюрьму множество богатых армян без всякого основания к обвинению в чем-нибудь или хотя бы какого-нибудь предлога. Затем им предлагалась свобода за большие суммы, представляющие большую часть их состояния. Отказ от платежа имел своим последствием для заключенных такое обращение, по сравнению с которым пытки, применявшиеся к евреям в средневековой Англии, или мучения евнухов принцессы Уды в современной Индии, представляются мягкими и благотворными наказаниями. Некоторые заключенные должны были держаться на ногах целый день и целую ночь, причем им не давали ни есть, ни пить и запрещали двигаться. Если они теряли силы и сознание, то холодная вода или раскаленное железо скоро приводили их в себя, и пытка продолжалась. Так как время и настойчивость были на стороне турок, то вообще кончалось тем, что армяне обыкновенно жертвовали чем угодно, чтобы только спастись от страшных страданий. Им приходилось или принести в жертву все, или сделаться самим жертвами, и они, конечно, выбирали наименьшее из зол.
    В вилайете Битлис несколько сот армян, имевших деньги, скот и хлеб, подверглись произвольному аресту и были освобождены за крупную взятку. Некоторые из них не в состоянии были тотчас заплатить деньги, поэтому их держали в мрачных темницах до тех пор, пока они не добыли требуемой суммы, а некоторые из них были умерщвлены. Около ста армян погибло в одной битлисской тюрьме. Следующая петиция с подписями была отправлена мне и, если не ошибаюсь, то одновременно также иностранным делегатам в Муше; эта петиция, исходившая от одного хорошо известного человека, имя и адрес которого я сообщаю, поможет составить себе представление о том, как вали Битлиса управлял своими провинциями и в то же время благодетельствовал: «Мы, служившие турецкому правительству с безусловной верностью, подвергаемся, особенно в последние годы, дурному обращению и гнету то со стороны правительства, то со стороны курдских разбойни-
    [ стр. 80 ]
    ков. Так, в прошлом году (1894) я был внезапно арестован в моем собственном доме турецкой полицией и жандармами, которые отвели меня в Битлисскую тюрьму, где я подвергся оскорблениям и самым ужасным пыткам. Просидев там четыре месяца, я был освобожден под условием, что заплачу 450 ф. стерл. Для таких действий не было представлено никакого основания или повода. По возвращении домой я нашел свое хозяйство в беспорядке, свои дела расстроенными, и мои средства к жизни исчезли. Моя первая мысль была обратиться к турецкому правительству с просьбой о возмещении моих потерь, но я отказался от этого плана, чтобы не подвергнуться снова аресту. Услышав, что Вы явились в Армению для того, чтоб исследовать положение народа, я умоляю Вас именем бога отметить мое дело. Подписано: Богос Дарманиан из деревни Икнакаджиа в казе Манаскерд».
    Налоги, собираемые с армян, чрезмерно велики; взятки, которыми всегда сопровождается их взимание, берутся заптиями и могут достигать невероятных размеров, принимая самые отвратительные формы; что же касается способов, при помощи которых происходит собирание податей, то они сами по себе составляют достаточное основание для уничтожения оттоманского господства в Армении.
    Для того, чтобы привести подходящий пример различного уровня обложения христиан и магометан в городах, достаточно будет сказать, что в Эрзеруме, где существует 8000 магометанских домохозяйств, мусульмане платят 395 000 пиастров, между тем как христиане, которых по числу домохозяйств насчитывается только 2000, вносят 430000 пиастров.
    В сельских округах все без исключения очень высоко обложено правительством, но самое тяжелое податное бремя, взимаемое на законном основании, легко по сравнению с вымогательствами заптиев. Предположим, например, что семья должна платить 5 ф., которые она и вносит должным образом. Но заптии требуют еще 3 или 4 ф. для себя; им решительно отказывают в этом; начинаются переговоры, сопровождаемые резкими и оскорбительными выражениями, и спорящие сходятся наконец на 1 ф. Но заптии не могут успокоиться: через неделю они возвращаются и снова требуют те же налоги. Армяне выходят из себя, протестуют и показывают ра-
    [ стр. 81 ]
    списку, но заптии, смеясь, заявляют, что предъявляе мый документ не расписка, а несколько стихов из одной турецкой книги. Поселяне ссылаются на свою бедность и умоляют о пощаде. Жадность, а не сострадание побуждает заптиез согласиться на 3 ф., но этих денег не оказывается наготове: Тогда заптии требуют, чтоб им предоставили молодых женщин и девушек семьи для удовлетворения своих грубых влечений, и отказ влечет для несчастных в виде наказания такие мучения, от описания которых приходится воздерживаться ради приличия и чувства гуманности...
    Я видел жертв этих представителей Блистательной Порты и говорил с ними; я осматривал их раны, расспрашивал их семьи, обращался к их священникам, преследователям и тюремщикам (некоторые из них посажены в тюрьму за то, что принесли жалобы), и я без колебания утверждаю, что подобные ужасы составляют не ' только действительные факты, но явления, часто случающиеся. Нижеследующее представляет перевод подлинного документа, находящегося у меня в руках; этот документ за подписью и печатью жителей Мелнкана (каза Кеги) не далее, как 26 марта нынешнего года был отправлен к его преосвященству, ученому и святому иерарху, архиепископу эрзерумскому, который пользуется уважением как друзей, так и врагов:
    «Много времени тому назад 4 или 5 заптиев, которым поручено было собирание государственных налогов, избрали нашу деревню своей главной квартирой и заставляют жителей прилегающей местности являться сюда для уплаты податей. Эти заптии едят, пьют и кормят своих лошадей на наш счет, не скрывая, что они решили довести нас до нищенства.
    Недавно 7 других заптиев, не имеющих даже предлога в форме собирания податей, явились в нашу деревню, избили жителей, оскорбили христианскую религию и опозорили наших жен и дочерей: затем они схватили трех человек, заявлявших протесты, по имени Погос, Мардиг и Крикор, связали их двойной цепью и повесили на брус за ноги. В таком положении они оставили несчастных, пока у них из ноздрей не пошла кровь. После такой пытки эти три человека заболели. Между тем заптии публично заявили, что руководились в своих действиях только специальными приказаниями начальника полиции.
    [ стр. 82 ]
    Ввиду изложенного, мы обращаемся к правосудию, чтобы оно спасло нас от этого невыносимого положения». Жители селения Меликан, каза Кеги. 26 марта 1895.
    Вот другая петиция от другого селения той же казы, также направленная к архиепископу эрзерумскому:
    «Несколько заптиев, под предлогом сбора податей, прибыли в наше селение в 5 часов по турецкому времени (около 10 часов пополудни), взломали двери наших жилищ, ворвались во внутренние комнаты, схватили наших жен и детей, бывших полураздетыми, и выбросили их на улицу вместе с постелями. Затем они крайне жестоко били их и обращались с ними. Наконец, выбрав более 30 из наших женщин, они заперли их в сарай и исполнили над ними свое преступное желание. Прежде чем удалиться, они по своему неизменному обыкновению захватили всю пищу и весь корм, который был у нас. Мы просим Вас обратить Ваше внимание на эти факты и умоляем об императорской милости. Жители деревни Арек, каза Кеги».
    Подписано: Мурадиан, Рессиан, Берговян, Мелкониан. 26 марта 1895.
    Я сам находился в доме одного армянского поселянина в деревне Кипри-Кёй, когда туда явились несколько конных заптиев. Они вызвали хозяев и грубо потребовали, чтобы им дали поесть, накормили лошадей и устроили ночлег. Я не знаю, чего бы они еще потребовали, но я выручил из затруднения моего хозяина, заявив, что я снял все его помещение на ночь...
    Армяне от природы миролюбивы, в сельских округах они страстно преданы земледелию, а в городах совершенно поглощены торговлей. Но чтобы их врожденное отвращение к кровопролитию не было подавлено чувством долга, инстинктом самосохранения и глубокой привязанностью к близким и дорогим для них существам, им запрещено иметь оружие, и мучения, которым подвергают немногих нарушителей этого закона, вызвали : бы краску стыда на щеках соотечественника Конфуция....
    Армянам строго отказывают в каких бы то ни было формах правосудия. Один тот факт, что армянин осмеливается обращаться к суду в качестве жалобщика или преследователя против курда или турка, всегда служит достаточным основанием для того, чтобы произошла метаморфоза, превращающая жалобщика в ответчика или преступника и обыкновенно приводящая его в тюрь-
    [ стр. 83 ]
    му. В таких случаях тюрьма является не более как переходной ступенью от сравнительного довольства к полной нищете, заключенных дочиста обирают и затем выпускают на все четыре стороны. Но что представляет собою тюрьма, этого невозможно описать с достаточной ясностью. Если представить себе соединение старой Звездной палаты в Англии, испанской инквизиции, китайского вертепа для курения опиума, больницы для желтой лихорадки и одного из самых мрачных уголков дантовского ада, то это соединение будет подобием турецкой тюрьмы. Грязь, вонь, болезни, безобразия, мучения в таких видах и размерах, которых в Европе не могут себе и представить... В этих ужасных темницах постоянно смешиваются вопли, вызванные утонченным терзанием, с криками противоестественных наслаждений; грязные песни поются под аккомпанемент раздирающих душу стонов; и в то же время из тел, давно уже лишенных жизненных сил, отлетают души, не оплакиваемые никем, кроме сырых стен, на которых пары невероятных ранений и страшных болезнен скопляются большими каплями и падают по камням на пол, поднимаясь оттуда в виде испарений. Поистине это чудовищный кошмар, превращенный в действительность.
    В прошлом марте месяце я просил одного своего друга посетить политических преступников в Битлисской тюрьме и просить их дать мне краткое описание их положения. Четверо из заключенных ответили коллективным письмом, которое производит потрясающее впечатление. Вот последние страницы этого документа, помеченного так:
    «Битлисская тюрьма, ад, 28 марта (9 апреля) 1895г.
    В Битлисской тюрьме 7 камер, из которых каждая может вместить от 10 до 12 человек. В действительности в них помещается от 20 до 30 чел. Санитарных приспособлений совершенно не существует. Отбросы, и грязь, которым должно было лежать в особом месте, отведенном для этой цели, нагромождены в камере. Воду нельзя пить. Нередко арестантов-армян принуждают пить воду из таза, в котором мусульмане совершают омовения...»
    Затем следует краткое, но поучительное описание тех мучений, которым подвергались товарищи писавшего и от которых многие из них умерли. Вот пример:
    [ стр. 84 ]
    «Малкасс Агаджаниан и Серап Малкассиан из Авзута (Муш) подверглись побоям до тех пор, пока не потеряли сознание. Первого в восьми местах прожгли раскаленным железом, второго — в двенадцати». Другое насилие, совершенное над Серапом, не может быть даже названо. «Гагор Серапиан из деревни Авзут был бит до потери сознания; затем ему набросили на шею пояс и потащили в комнату заптия, где ему было наложено 16 клейм раскаленным докрасна железом». Описав другие мучения, которым он подвергся, например, выдергивание волос, продолжительное лишение пищи и питья при неподвижном стоянии на одном месте, рассказчик передает затем о таких пытках, для которых не существует названия на английском языке и о которых цивилизованный народ не может слышать. Потом он продолжает: «Сирко Микассиана, Гарабеда Леалкассиана и Изро Асвадзадуриана из той же деревни жестоко избили и заставили неподвижно стоять в течение долгого времени, после чего им вылили на голову содержание некоторых сосудов. Корки Мардаиан из деревни Семал подвергся жестокому избиению, у него вырвали волосы и заставили его простоять неподвижно в течение 24 часов. После этого Мулазим-хаджи-али и тюремщик Абдулкадир заставили его подвергнуться т. н. Sheitantopy,* окончившейся смертью несчастной жертвы. Ему было 45 лет от роду. Мекитар Сафариан и Катго Балобиан из Какарлу (Буланик) подверглись такой же пытке. Мекитару было только 15 лет, а Катго всего 13. Сохо Шарайан из Алваринджа (Муш) был отведен из Муша в Битлисскую тюрьму в кандалах. В Битлисе его жестоко избили и заставили находиться в стоячем положении без пищи. Когда он падал в обморок, его приводили в сознание душами холодной воды и плетьми. Ему также рвали волосы и жгли тело раскаленным железом. Затем его подвергли мучениям, которых нельзя описать. Амбарцума Байаджиана, после его ареста, держали в течение трех дней под лучами палящего солнца. Затем его перевели в Семал, где он и его товарищи были избиты и заперты в церковь. Им не позволяли выходить
    __________________________
    * Буквально значит «дьявольское кольцо». Руки туго связываются и ноги, также связанные за большие пальцы, перетягиваются через руки. Остальные части Sheitantopy состоят из ужасной пытки и отвратительного преступления.
    __________________________
    [ стр. 85 ]
    даже для cтправления естественных нужд и заставляли их осквернять крестильные купели и алтари... Где вы, христианская Европа и Америка?»
    В числе четырех лиц, подписавших это письмо, имеется подпись одного очень уважаемого и богобоязненного духовного лица.*
    Я лично знаком со множеством людей, прошедших через эти тюрьмы. Истории, которые они рассказывают о своих испытаниях, так ужасны, что трудно было бы поверить им, если б они не были вполне подтверждены страшным зрелищем их помраченного рассудка, изуродованных тел, глубоких рубцов, чудовищных увечий, которые не исчезнут, пока могила или коршуны не поглотят их тела. В пытках и насилиях, изобретаемых турецкими тюремщиками и местными властями, есть нечто до такой степени отвратительно-фантастическое и дико-чудовищное, что простой неприкрашенный отчет о них представляется безумствованием больного дьявола. Но это такой предмет, который невозможно изложить вполне откровенно.
    Из того, что уже было сказано раньше, легко можно усмотреть, по каким основаниям люди попадают в турецкую тюрьму в Армении. Для этого достаточно, чтобы они обладали деньгами, скотом, хлебом, женой или дочерью или, наконец, врагами. Мы возмущаемся, когда читаем о жестокостях диких курдов, совершавших набеги на деревни, нападающих на дома, уводящих овец, захватывающих все имущество, которое можно унести, позорящих женщин и спокойно возвращающихся домой с сознанием, что они исполнили за этот день доброе дело. Мы называем это оскорблением цивилизации и, быть может, эта квалификация правильна. Но как ни дурны эти деяния, они представляются самой милостью, по сравнению с турецкими приемами действия, основанными на законе и ужасах тюрьмы. Человек, который по бедности или даже вследствие полной нищеты оказывается не в силах заплатить воображаемые недоимки по податям, который не желает отдать заптиям в виде «бакшиша» свою корову или буйвола, или умоляет их пощадить честь его жены или дочери, попадает в одну
    __________________________
    * Так как трое из подписавшихся находятся до сих пор в тюрьме, то осторожность мешает мне сообщить их имена, известные, однако, Foreign Office.
    __________________________
    [ стр. 86 ]
    из таких темниц и никогда не выходит оттуда, не отмеченный неизгладимым клеймом этого места...
    У армян все больше и больше укрепляется убеждение, что жизнь—это единственная божеская или человеческая милость, за которую им придется исповедовать чувство благодарности. Правда, их не раз утешали надеждой, и с этим утешением выступали даже мы, которые с самого начала помешали России прийти армянам на помощь и дать им хорошее управление и вместе с тем предоставили Турции полную возможность устроить в пяти провинциях новую Дагомею. Действительно, иногда непроницаемый мрак является только провозвестником скорого рассвета; но для этих существ жизнь—вечная тьма неизведанных вертепов. Армяне— христиане, и они обращают свои взоры к богу, зная, что пм нельзя надеяться ни на кого другого...
    План истребления, очевидно, действует регулярно и хорошо. Христианское население истребляется, деревни переходят в другие руки почти так же быстро, как меняются декорации в комической опере, и вместе с тем исход в Россию и погр»»»»ьное шествие на кладбища возрастают. Здесь не место давать список деревень, перешедших в магометанство, но один типический пример поможет составить себе представление о том процессе, который теперь совершается. В провинции Алашкерд, граничащей с Россией, существует пять деревень на восток от Каракилисе, именно: Кедр (или Кэтер), Мангосар, Джаджан, Зиро и Кубкеран. Зйуб-паша послал своих сыновей, чтобы занять эти деревни... Генерал Эйуб имеет трех сыновей—Ресго-бея, Канид-бея и Юсуф-бея, и эти доблестные офицеры со своими солдатами выступили прошлой весной и заняли названные деревни. Там было в то время около 400 армянских домов, т. е. приблизительно около 3000 жителей христиан. Теперь в этой местности не осталось ни одного. Только один из прежних жителей по имени Аведис-ага остался в стране, но н он живет в другой деревне, в Юнджану...
    Когда я уезжал из Армении, триста шесть наиболее видных представителей населения Кнусского округа подали мне за своею подписью петицию, которую они просили передать «гуманному и благородному народу Англии». В этом документе они справедливо говорят:
    «Мы торжественно уверяем вас, что резня, бывшая в Сасуне, составляет только каплю в том океане армян-
    [ стр. 87 ]
    ской крови, которая постепенно и безмолвно проливается во всей империи после русско-турецкой войны. Год за годом, месяц за месяцем, день за днем невинных людей, не исключая женщин и детей, застреливают, закалывают и убивают в их домах и на полях, пытают варварскими способами в грязных тюрьмах или обрекают на гибель в изгнании под палящим солнцем Аравии. В то время как разыгрывалась эта длинная и страшная трагедия, не раздалось ни одного голоса во имя милосердия и не протянулась ни одна рука, чтобы помочь нам. Эта трагедия продолжается до сих пор, но теперь она вступила уже в свою заключительную фазу, и армянский народ находится при последнем издыхании. Неужели европейское сочувствие должно выразиться только в форме креста на наших могилах?...».
    Я получил также скорбное воззвание к английским женщинам от нескольких сотен армянок из округа Кнусс; они молят, как о высшей милости, защитить их от жестокого обращения, которому их подвергают. Печатать это воззвание здесь бесполезно: писаные призывы редко оказывают сильное влияние. Если бы читатель видел самих этих несчастных женщин, как я их видел и слышал их печальную повесть из их собственных уст, рассказанную простыми словами, подкрепляемую стонами и рыданиями и иллюстрированную их нищетой и бедствиями, он мог бы тогда составить себе понятие о положении дел в Армении—положении, которое в добрые старые времена теократии привлекло бы на виновных небесный огонь...
    Сасунская резня заставила содрогнуться самые холодные сердца. Но это избиение было небесной милостью в сравнении с адскими деяниями, которые совершаются каждую неделю и каждый день в течение года. Жалобные стоны голодающих детей, стенанья стариков, которым привелось увидеть дела, не поддающиеся описанию, страшные крики насилуемых девушек и нежных малюток, вопли матерей, лишившихся детей благодаря преступлениям, по сравнению с которыми убийство было бы благодеянием; нечеловеческий визг женщин, извивающихся под лозами, эти тщетные голоса крови и мучений умирающих в пустыне, не встретив отклика ни на земле, ни на небе; все это вместе взятое оставляет в тени Сасун и все его ужасы.
    Таковы дела, за которые мы несем нравственную от-
    [ стр. 88 ]
    ветственность; и несмотря на то, что либеральному правительству были известны эти факты и другие, аналогичные им, лорд Кимберлэй не нашел возможным выступить против них и счел неудобным их обнародовать...(прим. 7)
    Положение армян в Турции до вмешательства держав в 1895 году.
    М., 1896. с 332—335, 338—341 352—357, 362, 366—368, 372—373.


    37. Армянское население Марзвана российскому консулу в Самсуне Налетову

    Перевод с армянского
    Марзван, 9 ноября 1895 г.
    Из письма
    Пятница 3/15 ноября 1895 года для нашего города стала черным, скорбным и ужасным днем. В этот день Турция обогатила свою кровавую историю еще одной «славной» страницей, кровавой страницей, написанной черными буквами, к отвращению и возмущению всего цивилизованного мира... Еще раз Турция обагрила свой кровавый трон кровью многочисленных невинных христиан. О, хоть бы более не повторялись эти мучения и страдания, которые непрерывно переносят армяне! Хоть бы раз и навсегда разрешился армянский вопрос, чтобы цивилизованные европейские державы больше не слышали о столь отвратительных событиях.
    В упомянутое утро все мы, как это делали обычно, совершенно ничего не подозревая, отправились на рынок в свои лавки, открыли их и стали заниматься своими делами. Незадолго до полудня начальник Тевфик со своими полицейскими зашел в лавки близких ему армян и секретно предупредил их о грозившей им опасности, после чего те немедленно закрыли свои лавки и уехали, В тот же день дочь каймакама сообщила своей служанке-армянке о том, что сегодня армяне подвергнутся резне. Лавочники начали что-то подозревать, особенно после того, как турки, отправлявшиеся в свои мечети для совершения полуденной молитвы, стали закрывать свои лавки (обычно они только прикрывали их занавесками). Некоторые купцы и ремесленники также поспешили закрыть свои магазины и лавки и отправиться домой, но в это время на рынке снова появился начальник полиции со своими полицейскими, который не разрешил закрывать лавки, говоря: «Своими действиями вы даете повод для возникновения мятежа». Как
    [ стр. 89 ]
    только кончилась полуденная молитва, многочисленная толпа турок, вооруженных кинжалами, штыками и топорами, вышла из мечетей, к ним присоединились воинские части, пришедшие из казарм, а также турки из ближайших деревень. Вся эта толпа, вышедшая из своих засад, внезапно напала на рынок и под оглушительные звуки фанфар сметала все на своем пути, убивая каждого армянина без разбора возраста и пола: стариков, молодых, детей, женщин. В то же самое время турки грабили и громили все лавки армян. Под охраной и с помощью воинских частей все награбленные товары вывозились на подводах и мулах. На всем рынке уцелели от погрома лишь лавки турок и греков (в нашем городе имеются 5 лавок греков и 30 лавок турок, занимающихся торговлей фруктами; вся остальная торговля и ремесла находятся в руках армян). Погром и грабеж были ужасными, в лавках не осталось ничего ценного, похищены были даже деревянные колодки у сапожников и дрова у булочников, все же остальное, что считалось ненужным, уничтожалось и ломалось. В этот день погрому и грабежу подверглись также дома армян в турецких кварталах города, а жители были вырезаны. Были сделаны попытки нападения и на армянские кварталы, но благодаря отчаянному сопротивлению жителей-армян, погромщикам не удалось проникнуть в глубь армянской части города. На эти грабежи мы смотрели издали, из наших домов, и наши сердца обливались кровью; мы чувствовали, что армяне нашего города полностью теряют все свое имущество. Не зная о происходившей резне, мы ничем не могли помочь делу и благоразумно решили, во избежание излишних жертв, хранить молчание. К 11 часам вечера, когда на рынке ничего не осталось, сюда явился каймакам, «пекущийся» о нашей безопасности, вместе с полицейскими. Не испытывая угрызений совести, с чувством внутреннего удовлетворения человека, выполнившего свой высокий долг, он шагал по трупам и разгонял отдельных задержавшихся турок. Этого общего погрома избежал только район Ташхан, где нашли убежище около 40 армян, которые в сопровождении военных и полицейских были направлены каймакамом в армянскую церковь. Раненые, которые не могли добраться к себе домой и остались на рынке, были убиты солдатами, оставленными там якобы для обеспечения охраны. Эти убийства видели армяне, спрятав-
    [ стр. 90 ]
    шиеся в убежищах и готовые клятвенно подтвердить этот факт.
    Ночь с пятницы на субботу для турок нашего города была ночью радости и торжества, а для армян—ночью траура и слез. В каждой семье были потери: кто искал своего любимого сына, кто спрашивал о пропавшем муже, кто о своем брате и т. д, И каждый ждал рассвета, надеясь найти близкого, но, увы, рассвет следующего дня еще больше усилил их горе, ибо на рынке были обнаружены только трупы. Это были трупы людей, днем раньше занимавшихся своими мирными делами и благословлявших всевышнего за его благодеяния.
    В субботу, 4 ноября, рано утром, когда дома армян все еще находились в осадном положении и никто не осмеливался выходить за порог, Каймакам и начальник полиции со своими полицейскими пришли на рынок и распорядились вывезти трупы на подводах, которые возят мусор и всякие нечистоты. Трупы были перевезены на армянское кладбище, сложены в четыре ряда и закопаны в большой яме. Для этой цели были приведены под конвоем армяне. Трупы зарыли без регистрации имен, без медицинского освидетельствования. О, какое нетерпимое варварство, какое великое преступление, какая жестокость! Мы даже были лишены возможности оплакивать своих мертвецов и поцеловать на прощание их холодные лбы. Какая ужасная дерзость и насилие со стороны турок, которые осмеливаются осквернять каши религиозные обычаи и заставляют без религиозных обрядов, как скот, зарывать в землю наших мертвецов. Стыд, тысячу раз стыд и позор турецкому правительству, которое, называя себя верующим в бога, допускает столь ужасные и вопиющие преступления, немыслимые даже в странах язычников.
    Армяне были умерщвлены жестокой и ужасной смертью. После избиения палками и расстрела, турки кинжалами отрезали им головы и другие части тела, наносили многочисленные раны. Трупы были настолько изуродованы, что их невозможно было опознать. Если сюда к нам в ближайшее время придет беспристрастный следователь, то он, несомненно, подтвердит верность наших слов.
    По подсчетам армян-могильщиков, число убитых составляет: 80 мужчин, 13 детей и 5 женщин. В это число не входят убитые вне черты города: на полях, в садах
    [ стр. 91 ]
    и турецких селах. Их число, по имеющимся сведениям, значительно больше. В настоящее время раненых, около 500 человек, большинство из них находится в тяжелом состоянии, ежедневно умирает от 4 до 6 человек. Жестокость властей достигла такой степени, что они запретили доставку лекарств для раненых. Что касается материальных убытков, то пока можем привести следующие данные: подверглись погрому и грабежу 150 лавок армян, общие потери значительно превосходят 150 тыс. золотых, убытки же от похищения векселей и счетных книг пока еще трудно установить.
    Правительство до сих пор не приняло никаких мер, чтобы вывести нас из этого нетерпимого состояния. Мы все еще продолжаем оставаться в осажденном положении. Многие семьи помимо того, что лишились своих любимых, в настоящее время остались без хлеба и воды и испытывают нужду во всем. Даже прекращена подача воды в армянские кварталы. И если хоть еще немного будет продолжаться такое положение, многие погибнут от голода...
    Поэтому мы со слезами на глазах, полностью отдаемся на Ваше милосердие и умоляем Вас, во имя христианства, во имя человечности Вашим внушительным вмешательством вызволить нас из этого тягчайшего и тревожного состояния, в противном случае в ближайшем будущем Вы узнаете о том, что в Марзване не осталось в живых ни одного армянина.
    Не исключено, что турецкое правительство с присущим ему бесстыдством попытается отрицать свою вину и переложит всю ответственность и вину за эти тяжелые события на армян, но при всех случаях и обстоятельствах мы готовы доказать, что организатором этой резни является правительство. Мы располагаем многочисленными достоверными фактами и неопровержимыми доказательствами, которые так же ясно, как и солнце, могут подтвердить, что эта резня является результатом преднамеренных действий.
    Исходя из этого, мы просим направить в наш город следственную комиссию, состоящую из представителей различных наций и иностранных подданных. Тогда можно будет установить, что это наше сообщение является лишь преуменьшенным описанием небольшой части тех злодеяний, которые были учинены турецким правительством и турецкой чернью.
    [ стр. 92 ]
    В то время, когда мы заканчивали настоящее обращение, мы получили известие о том, что к нам в город пребывает комиссия под председательством Абдулла-паши. Мы немедленно составили на турецком языке объяснительную записку об имевших место событиях с тем, чтобы вручить ее комиссии. В среду 8-го ноября упомянутая комиссия прибыла в город и остановилась в правительственном помещении. В 12 часов дня несколько знатных лиц и представителей армянского духовенства попросили аудиенции у этой комиссии для того, чтобы вручить эту справку. На аудиенции Абдулла-паша, не читая нашей справки, с гневом заявил: «Для покорения армян турецкое правительство мобилизовало 150 тысяч солдат и намерено уничтожить полностью всех армян с тем, чтобы восстановить порядок и спокойствие» (получается так, будто мы восстали против турецкого правительства)... Сказав это, Абдулла-паша выгнал наших духовных и светских представителей, не дав им возможности произнести ни одного слова.
    Комиссия сегодня рано утром покинула город, не сделав абсолютно никаких распоряжений.
    Милостивый государь, в настоящее время мы совершенно растерялись и оцепенели. Мы не знаем, что нам делать. Мы надеемся только на Вас. Только от Вас зависит безопасность нашей жизни.
    Вот почему мы умоляем Вас: не оставляйте без внимания нашего обращения и соблаговолите вывести нас из этого страшного положения и спасти.
    С нетерпением и волнением ожидая Ваших гуманных забот и указаний, остаемся с покорнейшим уважением.
    От имени всего армянского населения Марзвана.
    [Следуют подписи и печать]
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3181, л. 38.


    38. Армянское общество Чарсанджака российскому консулу в Самсуне Налетову

    Перевод с армянского
    28 ноября 1895 г.
    Мы, нижеподписавшиеся, от имени армянского населения, проживающего в Чарсанджаке, берем на себя смелость во имя человеколюбия и христианской любви
    [ стр. 93 ]
    просить Ваше превосходительство соблаговолить представить нашу слезную просьбу Вашему высокому правительству, моля незамедлительно взять под свое мощное покровительство, под свою защиту христианское население, переживающее последние часы и минуты существования, вследствие питаемого к нам со стороны турецкого населения и правительства враждебного отношения.
    О, если бы мы могли рассказать о тех (окольным путем нам адресованных) многочисленных угрозах или же о дьявольских планах, вырабатываемых по ночам! Армянин лишен любого средства самозащиты и в полном смысле слова походит на связанную и отправленную на бойню овцу, не говоря уже о том, что турецкое правительство, а также турецкое население по велению минутной прихоти готовы зарезать эту овцу, не опасаясь каких бы то ни было наказаний или препятствий. Одним словом, по дошедшим до нас сведениям, турецкая чернь, разумеется, потакаемая правительством, ждет незначительного повода, чтобы через несколько дней заставить местных армян разделить судьбу армян других городов, подвергшихся беспощадному истреблению.
    Посему, Ваше превосходительство, получив наше слезное обращение, соблаговолите незамедлительно ходатайствовать перед Вашим высоким правительством, дабы оно своей могучей защитой спасло от явной угрозы истребления 1700 семейств, включая и жителей селений, ожидающих его всемилостивейшей помощи.
    [Следуют 13 подписей]
    АВПР, Посольсгво в Константинополе, д. 3181, л. 48.


    39. Письмо из Харберда в Армянскую патриархию в Константинополе

    Перевод с армянского
    Харберд, 14 декабря 1895 г.
    Ужасные события, происходившие в Харберде и его окрестностях, являются следствием приказа свыше, который осуществлялся с применением маккиавелистских приемов временно исполняющем обязанности генерал-губернатора Мустафа-пашой и военным комендантом Рагиб-пашой.
    В августе Рагиб-паша установил мир между курд-
    [ стр. 94 ]
    скими беями и ага окрестных племен и селений в расчете на их помощь во время замышлявшейся резни. Примирение состоялось во время объезда Рагиб-паши и Мустафа-паши деревень и племенных кочевий. Вожаки курдских племен и курдские нотабли, находившиеся по тем или иным причинам в тюрьмах, были освобождены. Все эти лица получили указания относительно осуществления резни.
    Спустя несколько дней после этого примирения и освобождения заключенных была произведена поголовная раздача курдам ружей системы Мартини; оружие взяли из военного склада. Харберд и Арабкир обменялись своими воинскими гарнизонами. Таким образом, участники резни должны были оставаться неведомы населению этих двух важных пунктов. Были мобилизованы редифы, якобы для охраны армян. Однако значительная часть этих редифов была переодета ночью в крестьянскую одежду и отправлена в деревни для всякого рода грабежей; с другой стороны, крестьян переодели в солдатскую форму, приказав им нападать на армян и истреблять их. Резня началась в вилайете Мамурет-ул-Азиз нападением на селение Бердак (округ Чарсанджака); это произошло 10 октября старого стиля.
    Население Бердака, осведомленное о намерениях курдов, храбро защищалось и вынудило напавших отступить; но жандармы устроили западню: они пообещали армянам свою защиту, если те допустят жандармов в свои дома. Армяне имели несчастье поверить словам представителей государственной власти, а последние, едва войдя в дома, приказали своей орде напасть на жителей; начались резня и грабежи, проводившиеся самым варварским образом. Не удовлетворившись этим, убийцы и грабители подожгли ряд. домов; те из жителей, которые избежали резни, были силой обращены в магометанство.
    Армяне, жители селения Тил, узнав о нападении на селение Бердак, поспешно направили несколько своих представителей в Мезра, чтобы поставить в известность местные власти о случившемся; но эта мера, равно как и действия армянского митрополита, остались без результата, вследствие безответственного поведения правительства, которое ограничилось лишь лживыми обещаниями, доказав этим свою причастность к резне.
    Вечером того же дня курды предприняли новое на-
    [ стр. 95 ]
    падение на Бердак и селения Кузу-Ова, в том числе на Харсик, Тшоркух, Корнэ, Царук, Беглушен, Кулькух и др.: повсюду жители были либо убиты, либо ранены, а остальные силой обращены в магометанство; жилые дома и прочие строения поджигались. Священники и школьные учителя также стали жертвой резни, тела их были разрублены на куски; церкви осквернялись. Одним словом, весь край был превращен в развалины.
    Один из вожаков, Сулейман-бей, и его брат, уже ранее прославившие себя жестоким обращением с христианами, на этот раз отличились новыми зверствами: утверждают, что они закалывали как скот каждого попавшего к ним в руки армянина. По сведениям из достоверных источников, ими или по их приказанию, было убито более 300 армян.
    В то время как в Бердаке и его окрестностях совершилось это разбойничье нападение, орды продвигались к Уюль-Ова, совершая на своем пути от Чичмэ до Уголь-Ова не менее зверские преступления. В Чичмэ была пощажена жизнь сорока именитых граждан, которым позволили укрыться в церкви. Однако спустя неделю один из шейхов, осуждая умеренность, проявленную по отношению к этим сорока армянам, предложил им принять магометанскую веру; армяне отказались. Шейх приказал убить их одного за другим на пороге церкви. Он заставил церковного служку и еще одного армянина присутствовать при этом убийстве, а затем распорядился, чтобы они перетащили трупы к реке, привязав к ногам веревку. Шейх объяснил эту меру «нежеланием прикасаться к собакам-гяурам, чтобы не осквернить себя».
    В Бузсу жители, защищаясь от разбойников, сумели в течение трех дней удерживать их на почтительном расстоянии, но затем на помощь нападавшим прибыли регулярные войска и, проникнув вместе с. ними в деревню, начали резню.
    Армяне укрылись в церкви, в своем единственном убежище, но нападавшие оцепили церковь так, чтобы никто не смог убежать, и подожгли ее; часть из них стала жертвой огня; те, кто пытался убежать, погибли под ножом; оставшиеся в живых были силой обращены в магометанскую веру. Похищенные молодые девушки и женщины опозорены.
    В Цовке население, уже знавшее о зверствах, совершенных в окрестностях, покинуло деревню. Погромщики,
    [ стр. 96 ]
    не обнаружив в Цовке ни одной живой души, подожгли дома и унесли все, что могли награбить. Спустя две недели крестьяне возвратились в Цовк, поверив обещаниям правительства, но, как только вошли в деревню, подверглись новому нападению. Начались ужасная резня и грабежи.
    В Кокулу население решило отбиваться от банды в 2000 человек. Но что могли поделать крестьяне против разбойников, щедро снабженных вооружением и боевыми припасами?
    Подвергшись жестокому нападению, мирные жители вынуждены были решиться на бегство. Погромщики разграбили деревню дотла, превратили ее в развалины. Их начальник, военный, приказал им доставить несколько бидонов керосина и поджечь деревни Кокулу, Гомк и Дадем. Викарий церкви в Кокулу был сожжен заживо, викарий Дадемской церкви—убит и изрублен на куски.
    В этой деревне вожак Хаджи Бего проявил чудовищную жестокость; он заставил разрезать на четыре части одну женщину и повесить куски ее тела на столбах для всеобщего обозрения; по приказу этого палача другая женщина была раздета догола и проведена обнаженной по деревне. Говорят, что он убил своими собственными руками около ста человек. Селение совершенно разграблено, погромщики унесли все, вплоть до строительных лесов, дверных запоров и т. д.
    В Дадемском монастыре армянин Погос-эфенди, родом из Перджинча, был убит, а тело его разрублено на куски.
    Архимандриту Оганесу из Бардзрахайацского монастыря предложили отречься от своей веры. Он попросил два часа на размышление. Его просьба была удовлетворена, и этот святой человек принялся молиться богу, обливаясь слезами. Присутствовавшие при этом погромщики решили не дожидаться истечения предоставленного срока. Бросившись на несчастного, они стали резать ему руку, сустав за суставом. Дойдя до локтя, палачи вновь предложили архимандриту принять магометанскую веру. Последний спокойно ответил: «Я верю в бога-отца, в Иисуса Христа—его сына и в святого духа». Услышав такой ответ, бандиты вконец озверели: они привели архимандрита к порогу церкви и там прикончили, перерезав ему горло.
    Монастырь был разграблен, а затем подожжен. По-
    [ стр. 97 ]
    добные факты ограбления и поджогов повторялись почти во всех монастырях.
    В Кесерике за два дня до резни турецкое население, числом до 300 человек, окружило дом некоего Ягджяна под тем предлогом, что якобы у него хранится динамит. Члены семьи Ягджяиа и армянское население Кесарика, решив, что это нападение предпринято самовольно чернью, стали энергично защищаться. Турки поспешили известить провинциальные власти, которые послали в Кесарик солдат, а также направили туда армянина Геворка Джафаряна с поручением убедить армян сложить оружие в знак подчинения правительству. Поверив словам властей, армяне сдали оружие, но как только солдаты забрали оружие и удалились из деревни, произошел новый кровавый набег.
    Невозможно перечислить все акты жестокости, совершенные в этой деревне. Фотограф Мартирос был заживо сожжен, его бороду облили керосином и подожгли, жена его была убита. Один турецкий булочник заявил, что он убил девяносто семь армян и хвастал, что убьет еще троих, чтобы округлить цифру до ста. Убивая, он подвергал свои жертвы непередаваемым мукам — отрезал им предварительно нос, уши и т. д.
    Заживо сожгли одного священника армянской церкви, другого силой обратили в мусульманство, заставив надеть тюрбан.
    Жители, пытавшиеся спастись от этих ужасов бегством, были убиты солдатами, которые расположились в окрестностях селения. Таким образом, приказы свыше об истреблении армян и ограблении их имущества были выполнены со всем усердием,
    В Гусейнике местные власти и курдские главари предложили армянам сдать властям оружие в доказательство покорности. Армяне ответили на это просьбой обеспечить безопасность их жизни и имущества. Правительственные чиновники, беи и курдские нотабли поклялись именем своего пророка и убедили армян, что больше никто и никогда их не тронет. Армяне сдали большую часть своего оружия. Тогда турки и курды спустили с колокольни армянской церкви колокол, подкатили его к берегу и бросили в воду. Они заявили, что поведение армян покажет, действительно ли они покорились или же намерены протестовать против этого ничтожного нарушения их прерогативы. Решив предотвратить угро-
    [ стр. 98 ]
    жавшую им опасность, армяне очень спокойно реагировали на все это. Тем не менее на следующий день прибыл полк солдат регулярной армии для осады Гусейника. Отряд солдат занял форт Гусейника. Сигналом к резне послужили звуки трубы. Турки и курды принялись совместно убивать христиан. Очень скоро были убиты восемьсот человек. Армяне Григор Керкерджян и Тигран Нахикян были зверски зарезаны. Палачи убили священника армянской церкви Тер-Ваграма и еще десять человек, армянина Арутюна, который выстрелом из винтовки убил турка, давшего сигнал к резне. Был убит не только сам Арутюн, но и все члены его многочисленной семьи, кроме одного младенца — единственного, кто спасся от ножа убийц.
    Добавим, что солдаты, находившиеся в форту, убили всех, кто пытался спастись от резни бегством в Мезра. Бежавшие в горы были перерезаны курдами. Священник Тер-Оганес ответил крестным знамением на предложение отречься от своей веры и принять мусульманство. Он был убит, и тело его разрублено на куски...
    Турки угрожали Гусейнику двумя орудиями, помимо того, они направили два орудия на Харберд и два других на Мезра. Всякая связь между городами и селениями была нарушена. В Харберде ничего не знали о том, что происходило в Гусейнике или в Мезра. В Харберде погромы начались после трагических событий в Бердаке, Гусейнике и других местностях.
    Началось с грабежей армянских домов, расположенных в турецких кварталах и на окраинах. На следующий день после резни был полностью разграблен армянский квартал; одновременно были произведены выстрелы из орудий по строениям, принадлежавшим американским миссионерам. Вспыхнувший пожар уничтожил эти дома. Орудийные выстрелы превратили в развалины армянские школы и церковь. Число погибших составляет приблизительно сто человек, раненых — двести... Все здания верхнего квартала города были охвачены огнем. Вечером более 500 женщин и девушек были отведены в хан Бейник-оглы, где им предоставили убежище.
    От священника Тер-Акопа, из армянской церкви в Харберде, потребовали отречения от своей веры. Тер-Акоп ответил, что он верит в бога и всех его пророков, но этот уклончивый ответ не удовлетворил турок. Пятьдесят солдат обнажили шашки и, раздев священника,
    [ стр. 99 ]
    приставили клинки к его груди, продолжая добиваться отречения. Эти угрозы так подействовали на священника, что он сошел с ума и стал произносить какие-то бессвязные слова, сопровождая их жестами, несомненно, обличавшими безумие. Турки отправили его в тюрьму, заявив, что мусульманская религия не допускает обращения сумасшедшего, но решили обратить его в магометанство на следующий день, когда придет в себя. Несчастный священник и по сей день находится в темнице.
    Убийства и ограбления происходили также в квартале Минамуд, где убито девятнадцать и ранено 40 человек. В сирийском квартале убито двенадцать человек и двадцать ранено. Здесь сирийцы укрылись в своем храме — церкви пресвятой девы. Когда началось нападение, они просили погромщиков пощадить их, тем более, что они сирийцы, а не армяне. Это соображение отнюдь не повлияло на погромщиков, которые ответили, что они не делают никакого различия между той или другой христианскими нациями. Войдя в церковь, погромщики разграбили ее и осквернили, убили священнослужителя за отказ отречься от веры, увели с собой женщин и девушек-беженок, внешность, которых пришлась им по вкусу...
    АВПР, Посольство а Константинополе, д. 3184.


    40. Католикос Ахтамара армянскому патриарху в Константинополе Измирляну

    Перевод с армянского
    19 декабря 1895 г.
    Из письма
    Вашему высокопреосвященству, несомненно, известны плачевные события, жертвой которых оказалось христианское население Азиатской Турции и, главным образом, армянская паства...
    Самым зверским образом были вырезаны тысячи невинных; почти всюду повторялись душераздирающие сцены мученичества первых веков христианства... Свыше сил человеческих изложить все акты жестокости, все злодеяния: несчастный народ, безоружный и пребывающий в состоянии полного подчинения, был безжалостно вырезан. Города и села подверглись опустошению и подчас сметались с лица земли в огне пожаров, зажженных преступной рукой.
    У духовных лиц сдирали с головы кожу; людей из народа любого возраста и состояния подвергали звер-
    [ стр. 100 ]
    ским пыткам, затем убивали. Те, кому удавалось спастись от огня и меча диких орд, скрывались в пещерах, взбирались на скалистые горы или уезжали за границу, преодолевая смертельную опасность ради спасения своей жизни.
    Женщины и молодые девушки подвергались насилиям; множество детей стало сиротами; повсюду встречаешь родителей, выплакавших все свои слезы, разыскивая следы сына или дочери. В довершение всех этих ужасов на оставшихся в живых обитателей этого края обрушился жесточайший голод; оплакивая гибель дорогих им существ и потерю имущества, они страдают также от отсутствия пищи... На протяжении всей своей истории армянский народ никогда не переживал таких бедствий, и можно добавить, что ни одна христианская нация не была жертвой столь жестоких преследований...
    Где было видно, чтобы тысячи христиан насильственно обращались в магометанство во избежание верной гибели во время резни, причем их заставляли совершать всевозможные аморальные поступки, вплоть до кровосмешения, во имя законов навязанной им религии.
    Следующий далеко не полный список покажет, в каких больших размерах совершались зверства и как тяжелы постигшие армян несчастья.
    Название
    селений

    Количество
    домов
    Число убитых
    жителей
    1. Севкар
    2. Дианджун
    3. Неркин Годенц
    4. Нерпан
    5. Оханц
    6. Хоруг
    7. Верин Годенц
    8. Паганц
    9 Луан
    10. (неразборчиво)
    11. Кеги
    12. Тандзик
    13. Сос
    14. Аргуин
    15. Таларс
    16. Бадранц
    17. Хузб
    18. Неркин Хоруг
    19. Хут
    20. Сори
    21. Пахт
    22. Соганц
    23. Арнджис
    24. Дуагс
    25. Геран
    26. Ташт
    27. Анд
    28. Тцмен

    20
    50
    30
    10
    13
    45
    12
    20
    13
    12
    13
    10
    20
    5
    12
    16
    18
    12
    10
    10
    60
    18
    20
    20
    10
    13
    20
    16

    13
    25
    13
    6
    5
    20
    7
    12
    5
    5
    7
    4
    13
    3
    14
    6
    8
    6
    5
    5
    50
    13
    12
    13
    6
    7
    9
    8


    [ стр. 101 ]
    Сгердский округ. В этом округе турки вырезали жителей целого ряда селений, большая часть оставшихся в живых была вынуждена принять магометанство. Церкви разрушены или превращены в мечети. Все селения разграблены.
    Монастырь Сурб-Аствадзадзин, расположенный в окрестностях Басена, был разграблен. Настоятеля монастыря архимандрита Карапета силой обратили в магометанство и дали ему двух жен. Монастырь Сурб-Киракос, расположенный в Кечсу, был также разграблен; бандиты убили настоятеля Погоса Хачатуряна. Точно так же был разрушен и опустошен монастырь Сари Сурб-Аствадзадзин. Разграблен также Сгаваракский монастырь. Из обитателей монастыря трое убиты. Священника Оганеса, настоятеля этого монастыря, заставили принять магометанство и взять двух жен...
    Хизанский округ. В сорока селениях Хизанского округа было вырезано 400 армян. Бандитов возглавляли следующие вожаки: 1. Сеид Али, сын шейха Джелаледдина, 2. Али, уроженец Хорорса, 3. Бешир, 4. Мустафа-бей, 5. Мради, 6. Халил, факи из Харита, 7. Халид, 8. Шам.
    Армяне, оставшиеся в живых, насильственно обращены в магометанство, так же как и духовенство церквей, из коих половина разрушена, другая же половина превращена в мечети. Все монастыри округа опустошены, разграблены и осквернены.
    Священнику Сааку, настоятелю моностыря в Сурб-Хаче, бандиты вспороли и набили соломой живот.
    Мамртанкский округ. В 20 селениях этого округа самым зверским образом вырезано 160 армян. Большинство уцелевших было вынуждено принять ислам.
    Монастыри и церкви разрушены, разграблены и превращены в мечети.
    Шатахский округ. Все селения, расположенные в Шатахском округе, за исключением окружного центра, были разгромлены ордами под начальством курдских вожаков: Шакира, Мехмеда и Курдо-бея.
    Тот же Шакир, вместе со своими бандитами, разгромил селения на территории Нордузского округа, где в настоящее время жителям грозит насильственное обращение в магометанство...
    В округе Айоц-дзор всевозможные зверства совершались бандами под начальством Шакира, Тейфура, а
    [ стр. 102 ]
    также курдами из Востана и Артамета. Грабежи происходили повсеместно, бандиты не щадили даже монастыри.
    Особенно пострадало селение Сурб-Вартан того же округа. Его безжалостно разграбили, и в результате жители остались нищими. Что касается селений Артамет, Цывыстан, Бердах и Кендранц, то и они испили свою чашу страданий.
    Грабежи происходили по всему Карчканскому округу.
    Убийства совершались самыми варварскими способами. Так, например, тело архимандрита Петроса, настоятеля монастыря Сурб-Карапет в Сорбе, было изрублено на куски, ему вырезали язык и после жесточайших пыток прикончили...
    Селения Мокского округа были также разорены и разграблены. Аналогичная судьба постигла густо населенные селения Возми и Дех, где окрестные курдские ага совершали невообразимые злодеяния. Мы не располагаем подробными сведениями относительно зверств, совершенных в Бохтанском округе и его окрестностях, но известно, что в этих округах на всей территории вилайета и в близлежащих провинциях нет ни одного уцелевшего города, ни одного селения, избежавшего этих бедствий. Немногочисленные сведения, приводимые нами здесь, были доставлены беженцами, которые со слезами на глазах рассказывали нам о зверствах.
    Ежедневно в исторический Ахтамарский монастырь — местопребывание нашего пастыря — стекаются тысячи несчастных: голых и босых, голодных и нищих; они все еще во власти неописуемого ужаса, под впечатлением диких сцен, свидетелями которых они были. Бедствия настолько велики, что, несмотря на всю нашу добрую волю, мы часто бессильны облегчить страдания обращающихся к нам за помощью...

    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3184.


    41. Исполняющий должность епархиального начальника в Муше католикосу всех армян Хримяну

    Перевод с армянского.*
    Муш, 26 декабря 1895 г.
    Письмо
    Из представленной у сего записки Вашему святейшеству благоугодно будет видеть, какой прискорбной
    __________________________
    * Перевод сделан в Эчмиадзине в 1895 г. (Ред.).
    __________________________
    [ стр. 103 ]
    участи подверглись и в каком ныне положении находятся проживающие в обширных уездах трех вилайетов—Харбердского, Диарбекирского и Битлисского — многочисленные армяне. Наши сведения составляют лишь одну сотую долю совершенных над ними жестокостей и варварств, ибо, вследствие существовавшего страха и боязни, сообщения совершенно прекращены, и невозможно было до сих пор узнать обо всем точно и подробно.
    Во всех этих прискорбных происшествиях более всех страдало население 47 армянских деревень в Гендже, находящемся в нашей епархии, жители которых ныне, оставаясь без жилья и без всяких средств к пропитанию, рассеялись по пещерам и другим местам, терпя голод и холод. Обращения их к нам об оказании помощи остаются без всякого удовлетворения, ибо мы не имеем возможности это сделать и осушить горькие слезы этих несчастных. Обыкновенно мы их утешаем тем, что о злосчастной судьбе их написано кому следует и испрошено исцеление. Они же, со своей стороны, утешаясь этим, еле-еле переживают свои несчастные дни.
    Немыслимо, чтобы они сами могли ходить куда-нибудь, ибо тотчас делаются жертвами оружия лютого; допустим, что они могли бы тайком перебраться, но куда? Диарбекира более нет, в Муш прийти не могут, так что если этим несчастным не будет оказана немедленная помощь, то в эту зиму все они сделаются жертвой голода.
    Вследствие сего спешу, возлюбленный Хайрик армян, обратить Ваше прославленное милосердие и соболезнование на этих несчастных и просить, имея на то полную надежду, чтобы соблаговолили кратчайшим путем или через Эрзерум оказать помощь этим голодающим и тем спасти их жизнь.
    Надежда их и утешение, как и нас всех, — Ваше святейшество Хайрик! Умоляем, благоволите спасти жизнь жителей этих 47-и деревень с 15 000 населением.
    Принимая смелость испрашивать благословение Вашего святейшества, остаюсь покорным слугой и сыном.
    И. д. епархиального начальника в Муше и викарий в Гендже
    Вартан Вартапет Акопян

    [ стр. 104 ]
    Приложение
    Перевод с армянского*
    26 декабря 1895 г.
    Верховному патриарху нашему Мкртичу,
    святейшему католикосу всех армян

    Ваше святейшество, блаженный Хайрик, со слезами на глазах и прискорбным сердцем собираюсь, богом умудренный отец, в сей записке представить Вашему блаженству те плачевные события, которые случились в последние два месяца, в октябре и ноябре, с проживающими в Турции родными сыновьями Вашего святейшества
    Не осмелился бы я, святейший Хайрик, принять на себя исполнение сей записки или, вернее сказать, сообщение этих печальных событий, чтобы не прибавить в Вашем и без того наполненном бесчисленными прискорбиями израненном сердце еще новые страдания, но, будучи уверен, что известия о печальных событиях и мученических страданиях несчастных соотечественников уже дошли до сведения Вашего блаженства, счел необходимым сообщить верные и, по возможности, подробные об этих событиях сведения, в которых, Ваше блаженство, бессомненно, нуждаетесь.
    В начале записки, как видно, мною вкратце упомянуто о тех вилайетах, откуда, из-за слишком далекого от нас расстояния, невозможно было получить подробные сведения о жертвах проживающих в них армян, бессомненно подвергнувшихся той же участи — безжалостному и варварскому избиению. Про армян же вилайетов Диарбекирского, Харбердского, Битлисского и Эрзрумского, сопредельных с Тароном — Мушом и Генчом, мы успели, по возможности, заручиться более подробными и точными сведениями через посланных в разные стороны людей и в особенности через соседних курдов и возвратившихся с ними из Харберда и Диарбекира армян, ушедших, по обыкновению, осенью в те места для торговли овцами.
    Перечислим вилайеты, в которых несчастные армяне сделались жертвой турецкого безжалостного и варварского избиения.
    I. В Алеппском вилайете: 1. Алеппо, 2. Антакия с че-
    __________________________
    * Перевод сделан в Эчмиадзине в 1895 г. (Ред.).
    __________________________
    [ стр. 105 ]
    тырьмя большими деревнями, 3. Килис, 4. Биреджик, 5. Назиб с деревнею Мезар, 6. Мараш со своими деревнями, 7. Айнтап со своими деревнями, 8. Урфа со своими большими деревнями: Кармунджом, Бозовою и Буджагом и 9. деревня Джибин, недалеко от Ромклая. Все эти местности, большей частью, подверглись избиению и разграблению.
    II. В вилайете Адана. 1. Хаджин с окрестностями подвергся избиению и разграблению.
    III. Карахисар с деревнями Талаш и Эверек с окрестностями подвергся избиению и разграблению.
    IV. Себастия с окрестностями; города Гурун, Тиврик, Зара, Шапин-Карахисар с деревнями Тамзара и Авшар-Ова с окрестностями, Евдокия, Амасия и Марзеван с окрестностями избиты и разграблены.
    V. Трапизон с окрестностями и Самсун подверглись избиению и разграблению.
    VI. Эрзрум подвергся избиению и разграблению. Эрзрумская равнина разграблена и местами совершены убийства. Байберд с окрестностями подвергся избиению и разграблению. Хасанкалинский монастырь св. Аствацацин разграблен и сожжен; монастырская прислуга убита, настоятель монастыря архимандрит Димотеос убит и сожжен Басен разграблен и местами совершались убийства. Хнус со своими деревнями разграблен и местами были избиения. Дерджан с деревнями разграблен, население вырезано, оставшиеся в живых вместе с тамошним викарием, архимандритом Нерсесом, силою обращены в магометанство. Ерзнка с деревнями подвергся избиению и разграблению. Кеги местами подвергся избиению и разграблению.
    VII. В Харберде, кроме квартала Мезре, остальные все, а также протестантская знаменитая школа с учениками подверглись избиению, разграблению и сожжению. Деревни: Асор, Синамур, Хусейник, Хапусин, Кесерик, Мореник, Хагамб и Измэ, населенные многочисленными армянами, подверглись ужасным образом избиению и разгрому. Дома сожжены.
    Город Балу жестокими действиями истреблен и разграблен вместе с окрестными деревнями: Булушкир, Ярмджа, Еникёй, Хабхаб, Жет, Хошмат, Соганлу, Мезре, Нехри, Теркан, Лахан, Ниджаран, Сарыкамыш, Вартенис, Капуачмаз и др.
    В округах Харберда и Балу уничтожено всего 93 де-
    [ стр. 106 ]
    ревни, все названия которых покуда не могли узнать.
    Убитые жители вышеупомянутых деревень Харберда и Балу по настоящее время не похоронены, за отсутствием людей, и тела их отданы на съедение животным и птицам.
    Самое ужасное избиение было в Байберде. Во время избиения жителей деревни Соганлу, Байбердского округа, были изнасилованы молодые армянки, убиты и затем голыми и обагренными кровью, вопреки стыдливости, были брошены повсюду; грудные дети их были умерщвлены отрезанием головы, руки и ноги; некоторые же из них, будучи еще живыми, уперлись об оледеневшие груди своих матерей, высасывая с ужасными криками их обагренные кровью и засохшие груди.
    Многие из армянок Байберда, ради избавления себя от варварского обращения, вместе с грудными детьми бросались в реку Евфрат, протекающую мимо Байберда. Все это рассказали нам вернувшиеся с курдами из Харберда армяне, которые были очевидцами всех этих ужасных сцен.
    Также Капанмеден, Арабкир, Акн, Чарсанджак, Чмшкацаг, Малатия, Бехесни, Хисн-Мансур и Адияман, города и деревни с окрестностями, подверглись избиению и разграблению.
    VIII. Город Диарбекир подвергся избиению и разграблению. Дома и лавки сожжены. Так как в самом Диарбекире армян больше, чем мусульман, то начальство приглашало в город части гамидие... Истребив армян в Диарбекире, они бросились на находящуюся по ту сторону Тигра, близ Диарбекира, деревню Хетербош, жители которой после неудачного сопротивления заперлись в своей каменной церкви и защищались из окон, но войска, под конец, успели взобраться на террасу церкви и, сделав дырку, всыпали туда солому, облили керосином и, таким образом, подожгли церковь, которая сгорела вместе с защищавшимися. Затем бросились на дома и перебили находящихся в них женщин, девиц и детей самым варварским образом.
    После всего этого они напали на широкую равнину Диарбекира, называемую «внутренней равниной», и неописуемыми варварскими действиями убивали всех армян, изнасиловали красивых женщин и девиц, разграбили все их имущество и сожгли все дома, обратив их в кучи развалин.
    [ стр. 107 ]
    Уцелевших же местами жителей обратили силой в магометанство вместе со священниками, так что на всем обширном пространстве Диарбекирской равнины не осталось ни одного христианина.
    По имеющимся достоверным сведениям во внутренней равнине подверглись избиению и разграблению следующие деревни: 1) Башха, 2) Книат, 3) Хуссейнан, 4) Або, 5) Миралян, 6) Черек, 7) Гурешан, 8) Хезелха-сар, 9) Салекан, 10) Наджижан, 11) Иноджан, 12) Гундеджано, 13) Балавала, 14) Дерик, 15) Хашаван, 16) Алебнци, 17) Трбесепи, 18) Хелен, 19) Адча, 20) Блбез, 21) Хавшан, 22) Баш-Беюк, 23) Ферак, 24) Зере, 25) Хашдар, 26) Зензен, 27) Халда, 28) Клихок, 29) Фарханд, 30) Бамейдан, 31) Диран, 32) Хасам-далу, 33) Дасна, 34) Фаяти, 35) Дзор, 36) Бишмет, 37) Хаджи Черкес, 38) Мхур, 39) Гартула, 40) Гундерашо, 41) Корит, 42) Берехашан, 43) Алдин, 44) Тахик, 45) Бадекане-Кеме, 46) Течмен, 47) Зако, 48) Алодина, 49) Башкей, 50) Сорикан, 51) Чатал, 52) Грабадж, 53) Поришан, 54) Трке, 55) Шерефикан, 56) Бошат, 57) Хазо, 58) Керек, 59) Личик, 60) Гундек, 61) Вердасути, 62) Бахезрех, 63) Неркин-Данут, 64) Ишкистек, 65) Башдари, 66) Исоин, 67) Синун, 68) Элмедин, 69) Илохан, 70) Греседан, 71) Зерджел, 72) Белейдир, 73) Базбуд, 74) Барез, 75) Верин Кеферджу, 76) Неркин-Кеферджу, 77) Крери, 78) Пасорг, 79) Мецинан, 80) Тлмердж, 81) Хлхамег, 82) Зох, 83) Бра, 84) Чвахез, 85) Чоманик, 86) Кохан, 87) Дмсерик, 88) Мелхен, 89) Палоник, 90) Хезхез, 91) Джефан, 92) Сеердан, 93) Големасан, 94) Брзандже-Жорин, 95) Брзандже-Жерин, 96) Мелефан, 97) Мамла, 98) Джезни, 99) Сбхиг, !00) Барендж, 101) Грехасан, 102) Кемир, 103) Хрефас, 104) Бадчефт, 105) Алиок, 106) Хопин, 107) Хзнамер, 108) Тхрек. 109) Даки, 110) Джейескер, 111) Хоп, 112) Дусадчик, 113) Чизарф, 114) Хидук, 115) Салас, 116) Ткох, 117) Аинкер, 118) Пекенд и 119) Арандж.
    Местечко Лидже с двумя большими деревнями Сарнис и Окум с 7-ю священниками силой обратили в магометанство, совершив над ними обряд обрезания. А следующие деревни Лидже: Малахта, Куме, Агкан, Айнгуз, Шемшем, Харбахен подверглись избиению, разграблению и сожжению. Пришедшие из окрестностей Лидже и защищавшиеся в монастыре Йагапайском более 2000 людей подверглись избиению. Настоятель монастыря
    [ стр. 108 ]
    священник Бахан убит, монастырь разграблен и сожжен.
    Также подвергся избиению и разграблению находящийся вблизи несторианский монастырь.
    Принадлежащие к внутренней равнине следующие деревни: Джернохи, Пирамен, Гресалат, Хиджикан, Кферджин, Дарсел, Башнех, Хайдарикан, Марая, Гуламира, Шераш, Ванк, Ходнов, Шелеман, Шехан, Трджел, Тасделан и Дадал тоже подверглись избиению, разграблению и сожжению.
    Совершенно то же самое в местечке Хайне и в деревнях его: Двне, Карачик, Джума и Сардеш.
    Также уезды, находящиеся в Диарбекирском вилайете: Северек, Аргни с монастырем св. Богородицы, Эгиль, Джермук, Чингуш и Адиш подверглись избиению, разграблению и сожжению.
    Город Мардин с католическим населением истреблен и разграблен.
    IX. Битлисский вилайет. Город Битлис перебит и разграблен вместе с окрестными деревнями и уездами, которые суть: 1) Хултик, 2) Мучгони, 31 Гелнок, 4) Гехер, 5) Бас, 6) Восдин, 7) Цхгам, 8) Ваник, 9) Сасик, 10) Шен, 11) Сан, 12) Анд, 13) Доп, 14) Дашдом, 15) Ворцак, 16) Сак, 17) Ниш, 18) Гарп, 19) Хумс, 20) Гут, 21) Ходзет, 22) Харт, 23) Члкан, 24) Сидян, 25) Гомк, 26) Мезре, 27) Бабжен, 28) Бор, 29) Гамах, 30) Цвар, 31) Хахрев, 32) Аламек, 33) Джрхор, 84) Шамирам, 35) Парханд, 36) Амб, 37) Горву, 38) Хмелджур, 39) Верин-Маркорк, 40) Неркин-Маркорк, 41) Нормиз, 42) Харткот, 43) Хурдап, 44) Хицоркин, 45) Тух, 46) Пркус, 47) Кулик, 48) Чамалдин, 49) Аграк, 50) Маднаванк, 51) Цоргонк, 52) Цгак, 53) Херсонк, 54) Тегур, 55) Азах, 56) Дапаванк, 57) Мецк, 58) Гошдян, 59) Сохурт, 60) Джерок, 61) Гдзвак, 62) Цагке, 63) Гамбурдж, 64) Хараб-Шехир, 65) Сисадзор, 66) Назик, 67) Гарп, 68) Брудк, 69) Мегук, 70) Ворцинг, 71) Гзех, 72) Маритаг, 73) Хавутаг 74) Хур, 75) Верин-Асбичер, 76) Неркин-Асбичер, 77) Гидзу, 78) Мцу, 79) Камах, 80) Мецдзор, 81) Мрцанк, 82) Богнуд, 83) Шон, 84) Арпи, 85) Нидж, 86) Грху, 87) Алберт. 88) Каруган, 89) Эрестаг, 90) Охнах, 91) Зеннер, 92) Саснут, 93) Баякан, 94) Годум, 95) Шикранис, 96) Хез, 97) Сарихач, 98) Хиартан, 99) Уснус, 100) Харзет, 101) Агкцор, 102) Авак-Tax.
    [ стр. 109 ]
    В некоторых из деревень жители перебиты, а другие — только разграблены. Также значительное число людей вместе со священниками силой обращено в магометанство; церкви превращены в мечети.
    Большинство деревень Хизана разграблено и подвергнуто избиению, изнасилованы девицы и женщины, и множество семейств обращено силой в магометанство. Церкви ограблены, святыни осквернены, настоятели монастырей Сурб-Хача и Камагиеля умерли в ужасных пытках, а монастыри ограблены.
    Город Сгерд подвергся избиению; лавки и дома разграблены, женщины и девицы изнасилованы, двери здания епархиального начальника, церквей и школ разломаны и здания ограблены. Священник, учитель и слуга епархиального начальника убиты. И. д. епархиального начальника архимандрит Димотеос Дивриглиан смертельно ранен, а остальные силой обращены в магометанство, и все это совершено самым бесстыдным и варварским образом.
    Следующие деревни нахии Эрун, Сгердской казы: Сарус, Авин, Авав, Номбаин, Сермет, Дерик, Генджик, Сизяк, Чумбух, Мезре и др. подвергнуты избиению, женщины и девицы изнасилованы; бежавшие в горы и ущелья вымерли от голода и холода, остальные же со священниками и церквами обращены силой в магометанство.
    Ниже поименованные деревни нахии Ширван, Сгердской казы: Марен, Курина, Гунде-Хезан, Геган, Минар и пр. разграблены начисто, жители большей частью подверглись избиению, женщины и девицы изнасилованы, часть их разошлась в разные стороны и погибла от голода и холода, а другие обращены силой в магометанство.
    Находящиеся в окрестности Сгерда жители деревень: Ханек, Султан, Греренц-Дусадик, Мзре-Халк, Канисорек, Хемдуна, Кузана, Васит, Силахар, Неркин-Сулан, Верин-Сулан, Хоп, Мезрерэш, Багем, Нир, Азик, Бер, Ачик, Джиназкер, Зеук, Hep, Дилан, Бери-Дилан, Плур, Халеви, Бинарен, Изнамир подверглись избиению, а селения — разграблению; оставшиеся в живых обращены силой в магометанство.
    Деревни, находящиеся в пахни Нахибане: Гелхок, Техири, Таки, Хедхедк, Тербесе, Зерфас, Раджаба, Баджуд, Милика, Джелдика, Хулик, Рашек, Мирерик, Хафек, Чиговик, Бимер, Хашдар, Шешма, Башдерам, Млкеша, Бнуник и Дира подверглись избиению, ограбле-
    [ стр. 110 ]
    нию и сожжению, жители частью обращены силой в магометанство.
    Деревни, находящиеся в Генче, в Чапахджуре: Чевлик, Марак, Севсар, Дарбасан, Снак и Дек; в окрестностях Генча: Гриош, Дюшмалан, Валер, Диарибок, Чмасни и Купар; а также в нахие Бечаре: Бечар, Риэ, Норашен, Мурдарек, Андив и Изак подверглись местами избиению, разграблению целыми деревнями; оставшиеся в живых, большей частью, обращены силой в магометанство, церкви — в мечети.
    В Маназкерте: деревни Боклан, Харабе, Хасанбеки пор, Байраман, Ангак, Норек, Боги, Парху, Гдзу, Джазгнуд разграблены дотла, и население лишено всяких средств к жизни, угнан весь скот.
    В казах Хулпе и Хиане: Кегеирван, Агаранк, Инцкар, Эюб, Гаске, Шогек, Хрудж, Тего, Неврек, Телтеф, Пасур, Машдак, Ингузнак, Мшхицор, Севит, Араигонк, Хегин, Сагдан, Парга, Арсек, Гремори, Бахамда, Джумара, Берм, Баци, Архонд, Данц и Грехохи всецело разграблены и лишены средств к жизни; местами совершены убийства, и некоторые деревни сожжены. Из них шесть, а именно: Сагдан, Парга, Арсек, Гремори, Грехохи и Бахамда, обращены в развалины, а население укрылось в пещерах. Как население этих шести деревень, так и остальные, будучи лишены всякого средства к жизни и не имея возможности уйти куда-либо, несомненно, в эту зиму должны погибнуть поголовно, если не будет оказана им помощь.
    В городе Муше: живущие в Муше магометане простого сословия внезапно бросились на базар, на армян, убив шестерых и ранив 30 человек...
    Из деревень равнины: Знярет, Сордат, Мечты, Баглу, Боду, Гайбян, Хергерд, Комо, Авран, Хашхашдаг, Хопер, Дадрском, Рзхау и Дерик ограблены и местами совершены изнасилования.
    Из деревень Буланыка: Коп, Харабашхер, Пиран, Какарлу, Лотар, Плур, Мирбар, Шехагуб-Меджерлу, Шерван-Шех, Хамза-Шех, Харагел, Лиз, Бркашен, Гогак, Акряк и Хошгялди угнали крупный и мелкий скот, и местами совершены убийства, в числе которых убит также Левон-эфенди Максудиан из Лиза...
    Опасность угрожает каждый день и каждый час, и малейший предлог может обратить весь Муш с окрест-
    [ стр. 111 ]
    ностями в кучу развалин, почему население ведет себя очень осторожно.
    Здешнее начальство старается от нас и от всех взять силой благодарственные письма. Покуда мы не согласились на это и намерены не принимать его предложения, ибо за что мы должны благодарить — за избиения, грабежи, изнасилования, обращения силой в магометанство и за другие злодеяния; но едва ли придется нам выдержать это до конца, и боюсь, что за это придется пожертвовать жизнью не мне одному, а многим. Итак Мушский край находится тоже в самой опасности между жизнью и смертью...
    Святейший Хайрик, вот наша судьба и участь; просим, умоляем со слезами, сжальтесь над оставшейся в живых горстью народа и, если возможно, то не откажите бросить горсть воды на огонь, сожигающий его.
    Если же не будут приняты меры против сего угро жающего пожара, то Тарон с остальными частями падет жертвой варварства, и тогда Вашему святейшеству придется с высоты Арарата молить за их покой и пожелать им небесное блаженство...
    Вартапет Акопян
    АВПР, Посольство в Константинополе, д. 3184, л. 193—205


    42. Католикос Хримян министру иностранных дел России.

    Эчмиадзин, 13 января 1896 г.
    Из письма № 54
    Препровождаю при сем полученный мною вместе с письмом константинопольского армянского патриарха от 20 декабря в копии поданный им В. Порте 4-го декабря такрир, представляющий свод донесений о беспримерных опустошениях, произведенных в населенных армянами провинциях турецкой империи в течение последних месяцев истекшего года...
    Приложение
    Перевод с французского*
    Из отношения константинопольского армянского патриарха к турецкому министру от 4 декабря 1895 г.
    Армянский народ, проживая в Анатолии, с давних пор не пользуется безопасностью ни жизни, ни имуще-
    __________________________
    * Перевод сделан в МИД России в 1895 г. (Ред.).
    __________________________
    [ стр. 112 ]
    ства, ни чести и лишен правосудия; постоянно заявлял он о своем бедственном положении и взывал к милосердию, как это видно из многочисленных такриров, представленных патриархатом Порте и оставленных ею без внимания. После обнародования в газетах о реформах для шести областей над армянами повсюду совершены беспримерные злодеяния и изуверства. Поступившие в патриархат письменные и телеграфные сведения изображают эти злодеяния в ужасных размерах, хотя, конечно, эти сведения далеко не полны. Затем следует описание, на основании вышеупомянутых сведений, злодеяний, совершенных над армянами, по городам и уездам, начиная от Трапезунда и Эрзерума через всю Анатолию до Киликии включительно (Мараш, Сис и пр.). На основании этих сведений, злодеяния эти были заранее организованы, местные власти бездействовали или поощряли избиение и грабежи армян, войска принимали участие в бесчинствах и грабежах. Церкви и несколько монастырей разграблены; в некоторых случаях священники и настоятели убиты; были случаи — сдирали с них кожу. В деревне Хорхос Битлисской области трех священников принуждали принять мусульманство. Насильно надели на них чалмы и до 800 семейств, оставшихся после избиения, принудили принять мусульманство. В Адане женщины и девушки были собраны в одно место для выбора из них лучших и избиения остальных; в этой же местности в присутствии совершающего литургию священника была изнасилована его жена: священник же вслед за сим был заключен в тюрьму за то, что позволил себе о случившемся довести до сведения епископа. Злодеяния эти везде были однообразны; нападали на лавки, грабили товары и убивали людей, затем нападали на дома и, если не могли туда проникнуть, то поджигали; в селениях все имущество подвергалось грабежу, скот угонялся, затем все запасы и жилища предавались огню, так что жители остались без убежища, без средств к пропитанию, и, если не будет оказана скорая помощь, они погибнут от голода и холода...
    Уцелевшее от истребления население лишено крова, пропитания, одежды и необходимых для продолжения своих занятий инструментов, оно подвержено всем последствиям зимней стужи и потому нуждается в скорой помощи...
    АВПР, Политархив, д. 3449, л. 62—63

Thread Information

Users Browsing this Thread

There are currently 1 users browsing this thread. (0 members and 1 guests)

Similar Threads

  1. Всех-всех с Новым Годом!!!
    By Unique in forum Chatting
    Replies: 108
    Last Post: 30 Dec 11, 14:23
  2. Replies: 6
    Last Post: 29 May 07, 23:28
  3. Дитя Империи
    By HayArtsiv in forum History
    Replies: 0
    Last Post: 26 May 07, 01:45
  4. Replies: 0
    Last Post: 22 Apr 07, 17:44
  5. Replies: 5
    Last Post: 10 Apr 07, 19:30

Posting Permissions

  • You may not post new threads
  • You may not post replies
  • You may not post attachments
  • You may not edit your posts
  •